Желанная для слепого дракона

А те уже готовили алтарь для убиения «демоновой жилы» и умертвения юного наследника рода Меридитов…

Не срослось, и казнь состоялась по совершенно другому сценарию. Охотников насадили на раскаленные добела колья древних великанов. Смотреть на казнь согнали весь город, чтобы каждый знал, какова плата за жизнь дракона.

Костры, в которые были воткнуты копья, жарко горели три дня и три ночи. А вонь тлеющих тел темных егерей витала над городом и того дольше.

Лорд Вильдор потянул на себя тяжелую дверь. Из узкого холла вела лестница вверх.

Всего несколько ступеней, и любитель хорошего вина и закуски оказывался в уютном зале, где до потолка стелился запах прожаренного на углях барашка.

Да, это место было не для бедноты и голодранцев. И даже не всякий земельный рыцарь сюда зайдет.

- Эй, - крикнул Вильдор служке, парню в белой рубахе и черном фартуке поверх штанов. – Где Темный Алан?

Служка быстро окинул лорда глазом и кивнул в сторону, туда, где отдыха герцог. Вильдор прошел общий зал. Здесь были забеленныестены с проплешинами старой кладки, которой насчитывалось несколько сотен лет.

Кое-где мелькали фрески. Древний охотник убивает дракона. Древний охотник возносит молитву. Жрица ублажает темного охотника, оседлав его сверху – это не зазорно, удовлетворить плоть охотника – сама по себе честь и награда.

Фрески – те крупицы, что остались от темных егерей, их не стали замазывать или счищать. Такова воля победителя.

Вильдор по пути кивнул знакомым, таким же молодым рыцарям, гуляющим здесь за крепкими дубовыми столами, сплошь заставленными бутылками.

Тут же, у них на коленях устроились девицы, хохоча и бесстыдно задрав юбки. Хорошее веселье, с завистью вздохнул лорд и двинулся дальше.

Проем, отделяющий общий зал от приватной комнаты, был открыт, и оттуда доносилась музыка. Вильдор удивленно замедлил шаг. Подумал, и решительно стукнул костяшками по деревянному краю арки. Дело прежде всего.

- Драви драго, - поприветствовал он на древнем языке и вошел.

Небольшую комнату освещала медная чаша с огнем.

В дальнем углу, на банкетке сидел незнакомый ему музыкант и ловко, мастерски перебирал струны мандолины. Он был черноволос и приятен, с тонким носом, ровными бровями.

Его губы ухмылялись, а черные глаза неотрывно наблюдали за танцовщицей, томно извивающей свое полуголое тело, прикрытое лишь на бедрах цветастой шалью. Она двигалась в такт музыке и призывно косилась на черноволосого парня.

Герцог, как всегда сидел в кресле у окна и тянул из бокала вино.