Желанная для слепого дракона

Застыла, не зная, что делать…

Отец шагнул к ней, и по его губам я прочитала такое родное и близкое – «до-о-чка»! Глаза Алиссии расширились от изумления, а отец рывком прижал ее к себе…

И все, картинка смазалась. Меня же, от увиденного, выбросило из сна.

Я вскочила и села на кровать. Голова гудело, по спине катился пот, в теле – дрожь. Странная реакция организма на эти видения. И видения – странные, откуда они берутся? Кто их посылает? Зачем?

Я с трудом отдышалась, заставляя себя успокоиться. Ощущения, будто пол вагона муки разгрузила.

С одной стороны, оно и понятно, сны-то не простые, а из другого мира. Попробуй-ка перенести информацию из одного мира в другой…

Стоп! А что это светится?

Надо мной висел маленький магический светлячок. И кто его послал? Я никого не просила. Маленький светящийся шарик медленно опустился на ладонь, и растворился.

Я потерла между пальцев, пытаясь понять – что это… А если, светлячок – моя работа? А если эти видения тоже моя работа? Да ну, ерунда.

Я встала и тревожно заходила туда-сюда по узкому проходу между кроватью и стеной.

Меня переполняли чувства, в голове крутились суматошные мысли и подозрения. Такие сны мало напоминали игры подсознания. Они больше напоминают видеосъемку, слишком уж очевидные, материальные, натуралистичные… Может, и правда, у меня есть магия?

На моем лице нарисовалась усмешка, я покачала головой и подхватила со стула платье. Спать не хотелось категорически. Быстро оделась. Голова требовала действий, а что можно сделать глубокой ночью во дворце? Да ничего, разве что походить-побродить по коридору.

Благо, эта часть замка охраняется, будь здоров как.

Я вышла из комнаты и прошла в игровую. Постояла у окна. У нас в мире такие же называют французскими окнами, от пола и до потолка.

Далеко-далеко шумел океанский прибой и яркой точкой светился маяк. Возбуждение от сна медленно уходило, но на его место пришла тоска. Папка! Мой дорогой папка, который был мне и отцом и матерью, и другом, и подружкой.

На глаза навернулись слезы, как же я по нему соскучилась.

И можно представить, какой ужас перенес он. Наверняка, ему позвонили и сообщили о случившемся, не зря же он оказался в особняке Хорецкого.

Лишь бы он поверил, что Алиссия – это я. Пусть так и будет.

В соседнем зале пробили напольные часы. Я вспомнила, что вчера туда перенесли клавиорик. И сердечко опять дрогнуло. Все эти дни я облизывалась, пускала слюнки, поглядывая на него, но никак не могла придумать повод подойти и открыть крышку.