Злодеи всегда проигрывают

Созвонимся, хорошо?

— Давай провожу, все уладим, — поднялся Кит следом.

— Не надо, я сама, — крикнула уже на ходу и вылетела из ресторана. Чем я только думала? Где была моя голова? Вместо того, чтобы помочь Тео, улетела на свидание. Сидела, улыбалась, как дурочка. И даже не вспомнила о нем! А если с ним что-то случилось? Он ведь от Ирмы в таком состоянии вылетел! И кто я после этого?

Домой бежала так, что чуть не потеряла сумку. Взлетела на нужный этаж, подергала дверь — заперто. Теодор, вообще-то, маг, а не взломщик.

Или он еще не возвращался? Пойти на кладбище? Ночью, одной… Разминемся еще. Нет, буду ждать здесь. Если через час не явится, пойду искать. Отперла дверь и ввалилась в квартиру. Муз тут же кинулся под ноги, требуя ужина. Накормила кота и взяла ноутбук, чтобы хоть чуть-чуть отвлечься от тиканья часов. Стрелки бежали. Я вставила флешку и набирала новую главу. Теодора не было. Прошел и час, и два. Все, пора искать!

Я поднялась, спрятала флешку и уже тянулась за кофтой, когда в двери постучали. Стучать мог только один человек — дверные звонки не для него придуманы! Тео…

Быстро сняла цепочку.

Да, за дверью стоял Теодор. С сердца словно камень упал!

— Ты где был? — спросила строго. — Четыре часа на кладбище?

— Где? — Тео моргнул. — А, да, кладбище… Кажется.

Он что, пьяный? Нет, запаха алкоголя нет. Что тогда? Сверкнула догадка — магия медальона и магия кладбища. Это от передозировки магии он такой, что ли?

Тео переступил порог, снял куртку, промахнулся мимо вешалки, и одежда полетела на пол.

Я чуть не взвыла. И что мне с ним делать?

Приказала себе успокоиться. Да, у меня нет опыта общения с неадекватными магами. Ничего, все когда-то бывает впервые.

— От тебя странно пахнет, — прищурился Тео. — Светлой магией.

— Тебе кажется, — отстранилась я. — Или это после визита к Ирме. Похоже, многовато для тебя: и медальон, и чья-то сила, дорогой.

— Многовато? — Тео странно улыбнулся. — Эти жалкие осколки по сравнению с моим резервом — искры от пламени.

— Да ты поэт, — хмыкнула я, увлекая Теодора за собой в гостиную.

— Не пойду туда, — вырвалось мое персональное несчастье. — Диван неудобный и холодный.

Вот как мы заговорили. Молодец, Ника. Пригрела змея на груди. И диван уже не тот, и холодно, видите ли. Зато Тео быстрее меня свернул в спальню. А потом утром опять будет предлагать руку и сердце. Становится дурной традицией. Ладно, на диван пойду я. Главное — Теодора уложить. И, судя по лихорадочному блеску в глазах, это будет непросто.