Конкурс попаданок, или Кто на новенькую

А через пару часов строчили гадкие анонимные комментарии к чужим статьям, кидали сотни колов с разных аккаунтов! Это ж песня. А подойди к такой, поздоровайся, спроси как дела. Та невинно похлопает ресничками и ласково так ответит. Мол, в момент, когда ее застукали в сети, с колами в зубах и пасквилями в ворде, дева выгуливала любимую божью коровку. Или ловила сачком майских жуков… в конце февраля. Ну а что? Самый сезон…

Я невольно хихикнула.

– В общем, сама понимаешь. Если правильно подойти к Фалькону, убедить, понравиться… Мы хотя бы выясним, что тут творится.

Я посмотрела в деловитое лицо Светы и поняла, что подруга стократ права.

Холодная волна прошлась вдоль позвоночника, нехорошее предчувствие стиснуло грудь. Здесь явно готовилось нечто похлеще, чем заговор против Ларриса, который поддерживали во дворце и вне его стен. Даже фиррейские тигги, чья популяция оказалась под угрозой из-за детских страхов регента.

А ведь Ларрис – природный маг, способен улучшать здоровье флоры-фауны! Бред, да и только!

На новую вылазку мы со Светой не решились.

Но на щедрое предложение Светы: «Входите уже!» – в комнату влетело трое лакеев и четыре горничных. Они шустро убрали остатки еды, грязные тарелки, крошки и прочие следы пиршества. Принесли чайник свежего чая, розетки с сухофруктами, орехами, печеньем и шоколадом.

Когда слуги исчезли в коридоре, я вдруг испытала сильное разочарование. Ну да! Забыл про меня Зардис. А я-то раскатала губу, вообразила, будто принц лучше напыщенного братца. Да ничего подобного! Такой же высокомерный пижон. Только ведет себя чуть более сдержанно, в рамках приличий. Не делает вид, что подарок для окружающих. Не больше и не меньше.

Света посмотрела с сочувствием.

– Да не расстраивайся ты так. Все мужики козлы, а принцы втройне…

– Ппростите, я не вовремя? – на пороге появился слуга, пунцовый от монолога приятельницы и смущенный тем, что мы аж вздрогнули от его вопроса.

Похоже, в комнату он проник гораздо раньше и фразу Светы услышал полностью.

Приятельница не смутилась ни капли. Небрежно расправила платье, выпрямилась в кресле, вальяжно взмахнула рукой и предложила, как царица – рабу:

– Говори!

Я ожидала, что предложение закончится словом «смерд» или «холоп».