Сердце бабочки

Я бежала по улицам в надежде встретить свободного извозчика. Когда наконец мне попался экипаж, я швырнула кучеру весь мешочек с серебром и велела мчаться в Распет-холл во весь опор. Молила Создателя, чтобы добраться раньше, чем Кэрдан обнаружит пропажу. Ему не понадобится много времени, чтобы сложить два и два.

Но деваться было некуда, пришлось рискнуть. Без доказательств Распеты не поверят мне. Впрочем, и с ними могут не поверить. Если Кэрдан оплел их чарами так же искусно, как меня, они боготворят его, как я до сего дня.

Что им мое слово против его? Эти карты – хрупкий, но хоть какой-то шанс спасти жизнь Вулару и его родным.

***

С уходом Касавир Кэрдан приступил к регулярной магической практике. Он занимался ежедневно, оттачивая мастерство. Сегодня сосредоточиться оказалось сложнее обычного. Память переполняли образы Касавир, вовлекая все чувства: осязание, слух, обоняние, вкус, зрение.

Маг сам не понимал себя. Девчонка, которую он мыслил временной игрушкой, заняла слишком много места в его жизни.

Почему-то она приобрела для него значимость, которой не обладал ни один другой человек за все тридцать восемь лет. Даже мать, которая умерла в прошлом году от мучительной болезни, отвергнув его целительскую помощь, не была настолько близка ему.

Он достаточно постиг себя, чтобы осознавать: эмоциональные привязанности, естественные для других, ему чужды. Он использовал людей, завлекая в свои игры обманом или посулами. Завоевывал симпатию притворством и обаянием. Но ни разу не испытал искреннего и глубокого чувства близости с другим человеком.

Каким-то чудом Касавир стала исключением.

Что было в провинциальной простушке, что лишило его привычного бессердечия, вышибло почву из-под ног?.. Почему он стал зависим от ее карих глаз, бархатного голоса, маленькой ладной фигурки? Почему ее присутствие так важно для него? Почему сейчас, когда она ушла недалеко и ненадолго, в сердце поселился противный червячок?

Усилием воли Кэрдан подавил непрошеные воспоминания о Касавир, ее близости и прикосновениях.

Сконцентрировался, заставил себя полностью переключиться на магические упражнения. К могуществу ведут не только интриги и обаяние, но еще железная дисциплина и регулярная практика.

Прошло несколько часов. Сгустились сумерки и тут же уступили место зимней северной ночи. Кэрдан велел Пакоте подавать ужин – не стал дожидаться Касавир. Нечего ее кормить после празднества в доме феи, хотя его бабочка не откажется и от повторного ужина, не побоится за фигуру.