Подарок из будущего

Что-то громко упало за моей дверью и выругалось голосом мужика Незнамо-кто. Мы так и не познакомились. А зачем? Машка все равно будет звать по-своему. Вот, к примеру, я Иван Иванов. А она меня зовет Вольдемар. Сначала я не отзывался, а теперь привык. Даже странно бывает иногда, когда Ваней кличут.

Я кубарем слетел с табуретки, целуясь с ковриком, а мне на темечко упал шуруп. Лежу, не двигаюсь. Струхнул маленько.

Вдруг снова землетрясение. Завалит меня тут, а дома… колбаса копченая Брауншвейгская в холодильнике.

Моя любимая. Непочатая палка. Жалко, если пропадет. Пойти спасти ее родимую.

На площадку стали выходить люди, громко интересоваться, что произошло. Мнения разделились: одни считали, война началась. И это залпы реактивных установок, другие клялись, что землетрясение, и дом скоро рухнет, третьи были уверенны, что соседа Макарыча прихватил понос. Победила дружба.

Пила «Дружба», которую вынес тот самый Макарыч, чтобы разогнать галдящую на площадке толпу по домам, а то ему в пятисотый раз глядя не слышно «Иронию Судьбы, или С легким паром».

Жахнул пилой по моей табуретке, располовинивая мою собственность в одно касание. Очень наглядно. Все быстро разошлись, потому что холодец сам себя не разольет по тарелкам, «Ирония» сама в пятисотый раз не посмотрится, а Старый год сам коньяком не проводится. А это как-никак традиция. Наш народ ничего так не чтит, как традиции.

Я тоже разошелся. В смысле, домой ушел, прихватив половинки табуретки. Бросил негодную мебель в коридорчике и бегом на кухню к холодильнику.

Вытащил колбасу, прижал к груди и в комнату за дисками к игровой приставке.

Не, паспорт не спасал. Он не интересный. Картинка всего одна. Диски интереснее. А паспорт мне в милиции новый выдадут. Меня там все с детства знают. Я там почетным нарушителем числюсь. Кличку мне дали «Ваня – в дурке выходной». А все за доброту мою. Бабушек люблю через дорогу переводить, сумки им подносить. Добро делают, когда не просят. Когда просят – это не добро.

Оно внезапным должно быть и бескорыстным.

Захожу в большую комнату и рысью к шкафу за дисками, мимо елки. А там - она… сидит вся такая…

Протер глаза, но она не исчезла. Вся такая! Красивая, какие только в «отфотошопленом» интернете бывают.

А грудь я такую видел… не, не скажу где. А то меня снова накажут. Ладно, шучу я. Меня давно никто не наказывает. С праздничным столом я пошутил, конечно. Хотел людям в магазине настроение поднять.