История одного Волка /2/

Рыцарь никогда не становился для волка наставником, никогда не перешагивал некой грани, за которой был уже не совет более опытного, а наставление наставника или танара. Рыцарь всегда оставался с ним на равных и не стремился завоевать авторитет, стать для Марка хоть кем-то, кроме знакомого. Зверь понимал это лучше Марка, поэтому и признал его другом. По сути, единственным настоящим другом за всю жизнь, потому что наставница была больше чем друг, больше чем семья.

Боль от утраты очередного дорогого существа не была такой острой, как раньше.

Не было вспышки вины или горя. Наверное, после всего случившегося, Марк просто не может больше испытывать столько всего. Его душа умирала долго, от трагедии к трагедии и вот, кажется дошла до той точки, где муки утраты видишь, как данность. Вокруг него умирают все, кем он дорожит, хоть в какой-то степени.

Марк поднял голову и долго, протяжно завыл, стараясь выразить то невыразимое, что еще было в его застывшей душе.

Булькающий смех вторил его вою со второй минуты.

Из правой глазной щели шлема полыхнуло ярко-голубое пламя.

- Не спеши! – с присвистом и жутковатым хрипом, велел умирающий из-под шлема.

Рыцарь поднял безвольную правую руку и вызвал печать заклятья этой залы. Медленно, с трудом переставил несколько рун и повернул несколько символов, заставляя залу начать восстановление разрушенного.

Затем, из каждой самой маленькой щелочки доспеха заструились языки голубого огня. Марк несколько минут наблюдал, как рыцарь, не делая даже попытки пошевелиться, горит огромным живым костром.

Под давлением его магии, нагрудник выправился, как и другие похожие повреждения доспеха. Пламя потухло, а рыцарь остался в той же неестественно расслабленной позе.

- Было бы смешно: сдохнуть на обычной тренировке с молодняком! – устало засмеялся рыцарь. – Она бы смеялось все следующее столетие!

Марк уже знал, кто такая эта «она», и прекрасно понимал: почему никто и никогда не называет ее имени.

- Не беспокойся, - отсмеявшись, сказал рыцарь и медленно поднял голову, заскрежетав шлемом о камень, - я не умер, и пока, не собираюсь!

С того дня волк ждал решения артефактного оружия и испытания, потому что твердо решил - под чьей рукой будет совершать Выходы к Прорывам.

Каждый раз, когда Рыцарей оповещали о нежити или Прорывах, Марк ловил себя на том, что его колит смутная тревога за друга. Он должен быть рядом, чтобы прикрыть спину. Наставница сделала из него воина, а Камиль альфу.