История одного Волка /2/

Для него альфа всегда был примером, и он даже предположить не мог, что родной отец может так говорить с матерью! Ему, тогда впервые показалось, что в его доме, в его народе что-то не так. Раз лучшие из лучших позволяют себе открытые оскорбления в сторону собственных женщин.

А через месяц случилось то, что всегда празднуется в домах оборотней наравне с именинами и венчальными обрядами - Марк обернулся. Как не странно, но мальчик не запомнил этого. Помнил только боль и жар во всем теле, потом невероятную легкость и свободу.

Память отказывалась выдавать образы, а потому мальчик просто не мог узнать, как на него смотрела тогда, разом постаревшая мать и как исказилось в отвращении лицо отца.

Марк родился дельтой. Четвертой из пяти каст, а по сути самой слабой, ибо омеги редко когда перекидываются. Могут годами прожить и не показывать никому своего зверя.

После этого мальчик хорошо прочувствовал на своей шкуре, что такое каста!

Его братья, которые еще неделю назад любили играть с ним, учить, да и просто проводить время, стали входить к нему в комнату только для того, чтобы заставить его перекинуться, а потом избить слабого щенка.

Будь он альфой, как когда-то давно грезил, то уже со второго переверта мог бы рвать силой одних только флюид своих противников. И никто, и никогда не посмел бы его тронуть, а так… мальчик мог только скулить и умолять братьев не заставлять его призывать волка. Боль от призыва зверя становилась все сильнее, потому что человеческая часть ребенка, отвергала звериное естество самого себя, ненавидела его.

Со временем к родным братьям присоединились и другие щенки. Бывшие друзья не упускали возможности унизить Марка мерзким приказом, которому тот из-за слабости зверя, просто не мог противиться, разбить ему лицо или избить его всей сворой, когда мальчик от гнева менял-таки ипостась. Его могли заставить потрошить рыбу, жрать потроха забитого скота или день проходить в свежесодранной коровьей шкуре, благоухая ароматами разложения на полгорода.

Всем нравилось приказывать и причинять боль представителю аристократов, который имел глупость родиться дельтой.

Шли годы - и улыбчивый, некогда бойкий сорвиголова, превратился в худосочного, нелюдимого юношу, который передвигался по улицам короткими перебежками, а перед этим несколько секунд успокаивал собственное сердце. Но, надежда в нем еще оставалась, теплилась, как теплиться вопреки всему, угасающие угли в камине.

После своего шестнадцатого круга, Марк пришел в форт.