История одного Волка /2/

Еще говорили, что воин мог быть из любой страны, расы или племени, но артефактное оружие для борьбы с Прорывами получали только избранные, лучшие из лучших, именно в Киране. Все были уверены, что только там было настолько тайное хранилище, где оружие дожидалось своего хозяина и боя с врагом.

Марк вспомнил, что мало было быть самым сильным и ловким воином. Нужно было еще пройти какой-то страшный ритуал, и если оружию разумный не нравился, был, по его мнению, слишком слаб, то артефактное творение убивало воина и снова засыпало.

Значит сейчас, сюда прибудет целый отряд Рыцарей, героев из легенд. Тех, кто смог не только воспитать в себе настоящего воина, но и победить сильнейшее оружие в поединке!

Отец одарил юношу ненавидящим взглядом, когда брат все-таки протолкался к нему, и встал по левую руку от властителя, рядом с братьями и наследником.

- Только попробуй рот открыть! – угрожающе рыкнул отец.

Он хотел еще что-то добавить, но прямо перед воротами вспыхнул портал. Маленькая искорка за секунду разрослась в сверкающее светло-голубое пятно.

А еще через пару ударов сердца, из портала на мостовую перед въездом в город, вышел конь.

Горожане, как по команде, замерли и расступились, образуя от ворот и до властителя, широкий коридор.

Конь был огромен. Намного больше, чем те, кого разводили на местных пастбищах. Черно-белой масти, с длинной густой гривой. Мощный и опасный зверь косил по сторонам темно-синими глазами. В седле восседал еще более грозный, закованный в зачарованный доспех с головы до пят воин.

Ни знаков различия, ни плаща на нем не было. Марк завороженно следил за приближением воина. Ему даже показалось, что под копытами боевого коня дрожит сухая земля. Еще в глаза бросился необычный доспех. Он отливал яркими оттенками темного меда – и Марк, против воли, задумался: какие чары наложены на металл.

В оглушительной тишине воин сжал повод и остановил скакуна. Повернулся и крикнул в портал раскатистым, гневным голосом:

- Не надейся! Вернусь к рассвету следующего дня, и если арена не будет восстановлена…

От этого голоса у Марка скрутило живот, а внутри заворочался страх, таким утробно-низким и глухим он был, а шлем только подчеркивал это.

Он украдкой посмотрел на брата, отметил, как тот побледнел, и понял, что воин испугал не только его одного. Толпа шарахнулась еще на пару шагов в стороны. Юноше не хотелось даже думать, что испытывает сейчас тот, на кого гневался воин.