Вместо смерти

Еженощное кровавое жертвоприношение – вот и всё, что она могла сделать для своего прекрасного утраченного возлюбленного.Мало-помалу, кровь в чаше кончалась – пропорционально этому Альстед становился всё более оживлённым, на его щеках разгорелся румянец, синие глаза сверкала, как драгоценные камни.Он поднялся на ноги, тряхнув волосами, исполненный жизненной силы, таким противоестественным образом, окровавленный, и всё же – ослепительно прекрасный!Впрочем, кровь вскоре бесследно впиталась в его нереальное вечножаждущее тело, вся, до последней капли.

Грёза задумалась: странные мысли приходили ей в голову – например, если бы Альстед был жив, наверняка, на лужайке у подножия древнего зиккурата сейчас играли бы детёныши оборотней. Будущие опасные монстры, великолепные демонические хищники…Ей не хотелось думать об этом.- Мне всё надоело, – мрачно отчеканила Грёза, устремляя безнадёжный взгляд в тёмную бездну ночного неба. – Ненавижу свою жизнь, не меньше, чем ты свою! Каждый день одно и тоже – беспросветность… И вокруг – одно зло! Я чувствую себя гонимой, такое ощущение, что всё вокруг направлено на то, чтобы меня уничтожить! Я очень устала. Меня пугает настоящее, и я боюсь будущего. Понимаешь, о чём я?Выслушав эту внезапную сумбурную тираду своей обычно сдержанной и немногословной подруги, Альстед кивнул.- А князь Эли, по крайней мере, меня любит – в его присутствии я обретаю душевный покой…Альстед посмотрел на Грёзу и молвил, со своим обычным многозначительным глубокомыслием:- Всё в прошлом… Есть ли у прошлого будущее?- А что бы ты хотел, если бы был жив? – внезапно спросила Грёза. Альстед, казалось, прочитал её недавние мысли:- Наверное, детёныша, смешного и нелепого… – он усмехнулся не без горечи, – такого, каким я был в детстве – голубоглазого, маленького…Хотя… рано или поздно, он вырос бы, конечно, в опасного зверя, – холодно закончил Альстед. – Жестокого и непокорного. Несгибаемого и непреклонного – как и я… Как все мы. Несчастного, гонимого зверя, жаждущего крови!- А князь Бреальдьеге странный человек… – заметил Альстед, взирая на Грёзу сквозь полуопущенные ресницы. – Как он тебя приручил?- Любящий человек, – отвечала Грёза, вспоминая князя, и всё, что связывало её с ним. – Ему можно подчиняться. Один его взгляд – покоряет, хотя он, кажется, вовсе не ставит себе эту цель…Сегодня утром я буду у него в замке!

Глава 15.