Вместо смерти

- Ещё бы! Говорят, у него жена – оборотень! И сам он – чернокнижник и масон! А ещё рыцарь Святого Ордена! – пьяным голосом объявил сельский староста.- Тише, ещё накличете не ко времени нечистую силу! – управляющий перекрестился, и, бормоча святые молитвы, принялся усердно натирать оконные рамы долькой чеснока, желая максимально обезопасить помещение от нежити и полуночных духов, хотя наподоконнике и так уже теплилась лампада, стоял горшок с красной геранью, и висели сандаловые чётки, обеспечивающие надёжную защиту от злых сил.

…Тем временем в зыбком полумраке княжеской библиотеки, среди бесценных старинных гримуаров и фолиантов, прекрасный вечно юный носферату разговаривал со своим соперником:- Что вы хотите отыскать в своих учёных книгах – рецепт приворотного зелья, эликсира молодости, или – формулу любви? Не обольщайтесь, князь, на что вы надеетесь? Грёза всё равно любит только меня, и – никогда не перестанет!Я чувствую, как она меня любит! – торжествующе сказал Альстед, взмывая к потолку. – Только меня! Через время, через все расстояния, через – толщу земель могильных! Нет таких преград, которые бы мы не преодолели, стремясь друг к другу!Его синие глаза жгли Бреальдьеге словно огнём, так, что князь забыл, что перед ним просто тень. Альстед казался сейчас живее всех живых! Его бесплотное тело искрило и метало молнии.- Поэтому, в отличие от вас я не боюсь и не ревную, что когда-нибудь она, конечно, обязательно встретится с тем самым юным пажем, похожим на меня, словно… зеркальное отражение! – добавил он, поистине дьявольским тоном. - Ты рассказывал Грёзе о нём? – воскликнул Бреальдьеге, вскакивая с кресла.- Да, потому что тоже хочу выяснить эту тайну! Кто он? – Альстед смотрел на князя взглядом василиска. – Почему вы это скрываете?Бреальдьеге молчал.- Грёза всё равно узнает правду! – зловеще произнёс носферату, вылетел в окно, и – стремительно унёсся с порывами холодного осеннего ветра.Бреальдьеге остался один в пустой библиотеке, и долго смотрел в бездонное чёрное ночное небо, с невыразимой печалью осознавая, что Альстед прав:Грёза любит только его, и всегда будет любить, хотя от Альстеда давным-давно ничего не осталось – одна пустота…

Глава 21.

Любовь

- Я уважаю твои чувства к Альстеду, но, поверь, я люблю тебя не меньше, – проговорил Бреальдьеге своим завораживающе звучным голосом, всегда очень напоминавшим Грёзе чистый медный звон больших колоколов старинных часов Главной башни.