Гадалка - 3. Игра в кошки-мышки

Затем обернулась к Себастьяну, вальяжно разлегшемуся на моих подушках, и прошипела: — Нехорошо лишать человека свободы! Нехорошо отнимать у меня надежду увидеть родителей и жениха! Вот что нехорошо на самом деле!

— Но одна приятная деталь во всем этом безобразии все-таки имеется, — чуть повысил голос Себастьян, без особых проблем оборвав поток моих сбивчивых обвинений. — Я убедился, что ты не умеешь лгать. И абсолютно не способна скрывать от меня свои мысли. Что не может не радовать.

Я забулькала, чувствуя, что готова взорваться самыми изощренными ругательствами.

Да что он себе позволяет? Моя голова и моя память принадлежат только мне. Никому не позволю в них рыться!

— Тихо, Беатрикс, — осадил меня Себастьян. — Прежде чем возмущаться, вспомни, что в мыслях ты все-таки предала меня. — Я вскинулась, и он снисходительно поправился: — Ладно, назовем это мягче — решила сыграть против меня. А я подобного не прощаю.

— Правда? — Я с вызовом задрала подбородок. — И что ты сделаешь? Посадишь меня в тюрьму? Отправишь на рудники? Лишишь фамилии?

— На первый раз я бы предпочел обойтись более мягкими методами.

— Себастьян довольно потянулся. — Даже более того — готов тебя простить. Но при одном условии.

— Каком же? — настороженно спросила я, когда Себастьян взял долгую томительную паузу, наслаждаясь моей нервозностью.

— За один поцелуй прекрасной дамы я забуду о том, что она, фигурально выражаясь, собиралась вонзить мне кинжал в спину, — мурлыкнул он. С намеком похлопал рядом с собой по кровати. — Ну? Будем мириться?

— С ума сошел?! — Я чуть не зарычала от возмущения.

— Ты сам меня спровоцировал на это, а теперь еще хочешь, чтобы я тебя поцеловала? Не забывай, что у меня есть жених!

— Которого ты не увидишь еще много-много лет, — с язвительным удовольствием добавил Себастьян, понимая, что тем самым бьет по самому больному моему месту. — Уверена, что его верность пройдет испытание временем?

— А это уже не твое дело! — огрызнулась я. — И вообще, потрудись покинуть мою спальню! Я не желаю с тобой сейчас разговаривать.

— Очаровательно. — Себастьян издевательски захихикал. — Женщины все-таки непостижимые существа. Сначала ты меня предала, а потом еще и обиделась на то, что тебя поймали на горячем. Милая моя, тебе не кажется, что это верх наглости?

— Уж кто бы говорил, — с сарказмом ответила я. — У меня был хороший учитель. — После чего круто развернулась спиной и застыла, гордо скрестив на груди руки и показывая таким образом, что считаю разговор оконченным.