Ну, здравствуй, муж!

Но скрежет зубов был весьма красноречив.

– Кто она?

– Беглая рабыня Хаюрба.

– Так может, ей самое место в академии? Если беглая, то оттуда ее никто не достанет. И у нас будет время приглядеться и подумать, как от нее избавиться.

– Пап, ты не понял. Она рабыня короля песков. И если тот узнает, что она жива, то явится за ней. Шаша для нас бомба замедленного действия и…

– Что «и»? Почему ты замолчал?

– … и она мне нравится.

Цессир–старший упал в кресло.

– С возвращением, милорд! – Пастис крикнул приветствие в спину бегущему в свои покои Гаррону.

Слуги в доме Цессиров давно ничему не удивлялись. – И правда, переодеться надо. Ваша–то одежка совсем истрепалась. Погодите, господин, я помогу!

Быстро искупавшись, Гаррон стоял перед зеркалом и полосовал щеки бритвой. Щетина за время отсутствия так отросла, что была похожа на ставшую привычной шерсть животного. В зеркале отразился вошедший в комнату отец.

– Я с тобой. И уже велел подать экипаж.

***

– Да, приходил слуга от Тени леди Дафой, – канцелярская крыса согнулась в поклоне.

– Он принес записку.

– Где она? Уже передали ректору? – Гердих отстранил сына и выступил вперед.

«Крыса» поежилась под его взглядом, краска схлынула с лица клерка. Дрожащими пальцами он поднял на стол корзину и высыпал ее содержимое. Гаррон сразу узнал нераспечатанный конверт и первым выцепил его.

– Да как ты смел, паршивец?!

Голос у «крысы» совсем пропал, и посетителям пришлось вслушиваться в едва различимый шепот.

– Прошения от Теней без живого родственника не принимаются.

Таков закон. Леди Дафой давно академию не навещала и, должно быть, забыла. И зачем тревожить лорда Вадбрука, если на дворе весна, а новый прием начнется только осенью?

– Сын, не стоит с ним разговаривать. Идем к Вадбруку.

Пока петляли по запутанным коридорам, прочли записку.

«Прошу немедля, помня заслуги моего мужа, возглавлявшего в течение тридцати лет кафедру Мировых Языков, принять бастарда его сына Краста Дафой леди Алекс, восемнадцати годов от роду».

– А Тень леди Дафой та еще авантюристка.

И ведь докажет, что Алекс бастардка пропавшего Краста Дафой. Родовой перстень у Шаши с собой. Но восемнадцать лет? Ей, я точно знаю, двадцать четыре.

– Зерно саара им поможет. Иначе в академию не приняли бы. Сын, ты вляпался…

– А я–то думаю, откуда имя Дафой мне известно…

– История исчезновения наследника с супругой и последующая смерть самого лорда Дафой долго будоражили наше ведомство. Но никаких зацепок мы так и не обнаружили.