Ну, здравствуй, муж!

– Все так, деточка, – Зира перехватила инициативу, поэтому лорду Вардбруку только и осталось, что сжать губы. – Но любая вещь требует правильного с ней обращения. Это поначалу кажется, что все просто – взмахнул рукой и ты уже на другом конце королевства…

– Это она лорда Изегера Ханнора из рода Рвущих пространство вспомнила, – сделал ремарку ректор.

– Да, Петэр, вспомни, сколько ему пришлось помучиться, чтобы сделать все правильно. А ведь он покинул академию в шестнадцать лет, набрав девять из десяти баллов.

– Если бы не Тень его матери, отдавшая ему последнюю магию, то он и к двадцати годам не смог бы открывать порталы.

– Если бы не леди Витро, – поправила племянника тетушка Зира. И добавила, уже обращаясь к Саше, засмотревшийся на вид из окна – на лужайке сидела группа девушек в платьях всех цветов радуги: – Из–за ее маниакального стремления выйти замуж непременно за Изегера, ему пришлось чуть ли не полвека провести на чужбине.

Да и потом она его не оставила, мерзавка.

– Тише, она теперь сноха короля…

– А мне–то что? Зерна саара Теням ни к чему, поэтому я могу всю правду в лицо самой Дэйте выплюнуть. Убийца…

– Не обращай внимания на ворчание леди Зиры. Если уж она кого невзлюбила, то это навсегда.

Саша запомнила, что с Тенью леди Зиры лучше дружить.

– А вот и твоя комната. Осваивайся. Вещи, надеюсь, уже доставили.

Глава 11. Деревенская девушка Мара Качира

– Как мне узнать расписание занятий? – этот вопрос Александру волновал в последнюю очередь, но она не решалась спросить, когда и где состоится ужин.

Организм уже вовсю сигналил, что пора бы перекусить: в доме леди Дафой завтрак подавался слишком рано, а обед Саша наверняка пропустила. Еще немного и требования желудка услышат все присутствующие.

Кроме боязни оконфузиться перед ректором и его тетушкой, новоявленную студентку занимали мысли, какую одежду выбрать, чтобы не выглядеть белой вороной – попроще или понарядней? И найдет ли она понимание среди студентов, избалованных деньгами и властью? И как она вживется в коллектив, где все были примерно одних лет, а она пребывала в возрасте «старушки».

Одним словом, Саша трусила.

После всего рассказанного, а также нечаянно подсмотренного в окно, где кучка девушек блистала юностью и красотой, она жуть как переживала.