До рассвета

Словно устанавливал на неё какие-то права, суть которых она не вполне понимала. Да и вряд ли знал он, несмотря на исходящую от него уверенность.

Некоторое время Рейчел вообще не шевелилась. Не до конца осознавала реальность происходящего. Не верила, что это было с ней. И с ним.

Сердце бешено колотилось, ноги не держали её. Она сохраняла опору только благодаря рукам Дэвида. Жар приливал к её коже, тело охватывала дрожь. Но Рейчел продолжала стоять неподвижно, словно замерев.

А ещё неосознанно внимала прикосновениям чужих губ, языка и рук.

Странно, но, несмотря на унизительность положения, тело отзывалось на воздействие Дэвида приятным томлением. В какой-то момент Рейчел вдруг захотелось поддаться его движениям, сделать ответные, прижаться крепче…

Собственные мысли напугали её. Сердце забилось чуть ли не в голове, гулкими ударами вбивая осознание опасности.

Рейчел вырывалась. Не глядя на Дэвида и ни о чём не думая, убежала к себе в комнату.

Там она тут же закрыла дверь на засов и рухнула на кровать.

Сердце постепенно успокаивалось. В голове вертелась бессвязная вереница непонятных, назойливых, как насекомые летом, мыслей.

Вскоре и они обрели ясность. Рейчел раздумывала, в какой ситуации теперь оказалась с Дэвидом. Она почему-то точно знала: с этого момента между ними всё изменилось. Как и к чему это приведёт — не понимала. Но ясно чувствовала: перемены были и они необратимы.

Неподвижно лёжа и глядя в потолок, Рейчел призывала себя отвлечься от происходящего. Думать об отце.

Вспоминать детство… Но губы до сих пор горели, а тело приятно ломило.

А там, в коридоре, Дэвид всё ещё стоял на том же месте. Он тоже размышлял о произошедшем.

Изначально Дэвид позвал Рейчел, чтобы сказать ей — вот-вот уезжает. А заодно выдать дополнительные деньги: за сверхурочную работу, которую сегодня пришлось проделывать. Решение уехать именно сейчас было спонтанным и необходимым. Он не успел дать распоряжение о еде в дорогу вовремя — а потому пришлось нагрузить прислугу работой так поздно.

Останавливаться в пути и зайти куда-нибудь поесть было бы пустой тратой времени. И так придётся менять лошадей. Чем быстрее Дэвид доедет, тем лучше.

Так почему необходимые формальности превратились в такой фарс? В какой момент её детские выходки так вывели его из равновесия? Его приказы были издевательскими — своеобразным наказанием за её безрассудное поведение. Но это зашло слишком далеко… Один взгляд на её губы — и всё полетело к чёрту.