Любовь и вороны - 2. Тридцать три несчастья и немного везения

Судя по тому, как Дариан смущенно отвел шпагу, он тоже почувствовал себя неловко. А Магнус наконец-то перестал всхлипывать, но от сапог ректора упорно не отцеплялся.

— Встаньте наконец-то! — потребовал от него Норберг. — Хватит мои ноги тискать! Предлагаю всем рассесться по креслам и спокойно побеседовать. Обсудить, так сказать, что произошло.

— А он меня не тронет? — опасливо поинтересовался Магнус, не торопясь выполнить приказание ректора.

— Не тронет, — заверил его Норберг. Многозначительно посмотрел на хмурого Дариана и добавил с нажимом: — Виер не будет делать глупостей, не правда ли?

— Пока нет, — неохотно согласился Дариан.

— Дождусь, что этот хмырь в оправдание скажет.

После чего отошел к ближайшему креслу и с размаха бухнулся в него, положив злополучную шпагу себе на колени. Правда, при этом не удержался и кинул на меня виноватый взгляд.

Я немедленно скорчила как можно более презрительную физиономию и укоризненно закачала головой.

Если честно, я не злилась на Дариана. То есть, немного все-таки злилась, но та слепящая ярость, что меня одолела, когда я увидела его в обнимку с какой-то девицей, уже улеглась.

Сейчас мне было искренне жалко беднягу. Но я не торопилась этого показывать. В конце концов, повел он себя все-таки некрасиво. Зачем покинул дом, ведь знал, что на чашу весов поставлена моя жизнь! А вместо этого предпочел отправиться в какой-то трактир и там знатно набрался, запивая свои смехотворные обиды на меня.

Магнус тоже встал, но в отличие от Дариана никуда садиться не стал, предпочитая держаться около Норберга.

По-моему, он с трудом удерживался от того, чтобы схватить ректора за руку, лишь бы быть рядом с ним.

— Сядьте! — устав от такого навязчивого внимания со стороны своего студента, рявкнул менталист. — Немедленно! Иначе вопрос вашего исключения будет решен уже сегодня и далеко не в вашу пользу! Мне такие трусы в Академии не нужны!

По гостиной пробежал невнятный шум. Это все присутствующие, кто еще оставался на ногах, предпочли занять свои места, как будто опасаясь, что Норберг может направить свой гнев на любого стоящего.

Да что там, даже я поторопилась бухнуться на диван, благо, что стояла рядом с ним. А то мало ли что может сотворить разъяренный Норберг.

Магнусу кресла не хватило, поэтому он, не долго думая, рухнул прямо на пол и устремил на ректора полный обожания и безмолвного восхищения взгляд.

— Так-то лучше, — пробурчал Норберг и глубоко вздохнул, явно удовлетворенный таким всеобщим повиновением.