Любовь и вороны - 3. Поводок для волка

Но почти сразу продолжил уже без тени улыбки: — И все-таки, Фелан, перевези семью сюда. Не думаю, что Гортензия осмелится причинить им какой-либо серьезный вред. Как-никак ты ее племянник. Но она наверняка попытается разыграть эту карту. Надо лишить ее этой возможности.

— Хорошо, — согласился Фелан. Помолчал немного и с иронией осведомился: — А что насчет Иларии? Если Гортензия узнает про твои чувства к этой кошечке, то…

Фелан не завершил фразу. Да это было и не нужно. Норберг и без того прекрасно понял, что хотел сказать его брат.

— Илария, — задумчиво протянул Норберг. Его лицо на миг осветила мечтательная улыбка, как будто это имя навеяло ему какие-то приятные воспоминания.

Затем он встал, резко отодвинул кресло. И неторопливо прошелся по просторному гулкому помещению, скрестив за спиной руки.

— Как же все не вовремя! — неожиданно пожаловался он. — Очень не вовремя. Если я прикажу Винлану доставить Иларию в Гроштер, то тем самым сильно испорчу все дело. Не мне тебе говорить, что кошки не любят, когда им приказывают.

— Но оставлять ее в том захолустье тоже слишком опасно, — возразил Фелан. — Айша уже пронюхала про ночь, которую кошка провела в замке. Правда, она сделала неверные выводы, но все равно. У этой дурной девчонки не хватит ума держать язык за зубами. К тому же Айша обижена на тебя. И обижена сильно. Она вполне способна отправиться к Гортензии.

— Айша сейчас не в Гроштере, — напомнил Норберг.

— В том-то и дело. — Фелан покачал головой. — Даже ты не в силах предугадать, что замыслила Айша.

— Демоны! — кратко ругнулся Норберг.

Остановился напротив окна, где совсем недавно стояла Гортензия. Прижался лбом к прохладному стеклу, будто пытался таким образом умерить головную боль.

В зале после этого воцарилась тишина. Фелан с непонятной улыбкой наблюдал за младшим братом. В глубине его зеленых глаз мерцало какое-то чувство, более всего напоминающее злорадство.

— Пусть будет так, — наконец, глухо произнес Норберг, не глядя на него. — Прикажи Винлану доставить кошку сюда.

— А если она вздумает сопротивляться? — с кратким смешком уточнил Фелан.

— Она обязательно будет сопротивляться, — с протяжным вздохом ответил Норберг. — Но все равно. Скажи, что я разрешаю Винлану прибегнуть к силе. Пусть свяжет ее, обездвижит, оглушит, в конце концов.