Пропавшая наследница Цакары

– Всё в пор-рядке, госпожа, – Рид улыбнулся краем окровавленных губ. – Не нужно. Я сам пер-ребинтовать. Лучше вам заняться Властелин. Для меня честь смочь защитить его. И вас.

Рид сам здоровой рукой потянулся к сумке, чтобы выудить из её недр обеззараживающий раствор, но Яна, пересилив отвращение, перехватила руку с флаконом.

– Нет. Я помогу. Тебе досталось больше, чем Седону. Раны вашего князя не смертельны; потратив большую половину магического резерва, сейчас он просто спит, – говорила, а сама, простерилизовав свои ладони, принялась промывать культю лайири.

– Мне драконы сказали. Они ощущают мир не так, как мы, а при помощи потоков природной энергии.

– Я благодар-рен, вам, – смирился с решимостью госпожи Рид, позволяя себе помочь.

Стоящий на страже Дик тоже испытывал благодарность. Они с братом понимали, что принцесса не обязана делать это, но она делала. В этом мире все ощущали отголоски эмоций друг друга, посему и доверяли, несмотря на сомнения. Лайири знали большую часть истории Властелина и принцессы, поведанную им Гин.

Знали, что госпожа пришла из другого мира, где нет магии, и мечтает вернуться обратно. Поэтому с момента поисков были настороже и тщательно следили за ней.

Но когда там, в небе, драконы накопили в своих кристаллах нужное количество магии для открытия портала, принцесса не воспользовалась возможностью сбежать. Не бросила его с ранеными братом и князем, и они поверили; как и Гин, стали надеяться, что однажды Реянна и Седон вспомнят испытываемые ранее друг к другу чувства и положат конец затянувшейся войне между народами Цакары.

Лайири сделают всё возможное, чтобы помочь им вспомнить.

Закончив с ранами Рида, Яна переключилась на Седона. Дрожащие пальцы замерли, когда поняла, что придётся раздеть князя, дабы оценить степень всех нанесенных ему тварями увечий.

– Рид, помоги мне… – попросила шепотом, пытаясь скрыть в голосе смущение.

Рид помог всё сделать без лишних слов, поднимал, поворачивал и поддерживал безвольное тело Властелина, как просила госпожа.

А Яна прятала за своими растрепавшимися волосами красные щеки. Небеса заметно потемнели, она накладывала повязку на грудную клетку в области нижних правых ребер, где находилась печень, когда Седону вздумалось очнуться.

Разлепив тяжелые веки, князь тэргов не сразу сообразил, что произошло. Муть развеялась, и перед мужчиной предстала склоненная черноволосая макушка.