Мой хвостатый друг

– Больше они никого не побеспокоят… Защитное заклинание у ребят было что надо. Полжизни у создавшего мага унесло, не меньше.

Кона спешилась и посмотрела спутнику в глаза.

– Почему ты медлил, если мог сразу прекратить это представление?

– Потому что не мог, – виновато улыбнулся Плагос, в полутьме он стал походить на обычного соседского паренька. Куда-то подевались и спесь, и высокомерие. – Наша магия работает быстро, только когда мы в животном обличье. А тут еще и земля чужая, воздух другой – неоткуда брать силы. Нужно было сначала наскрести по сусекам.

Это я еще за тебя испугался, оттого получилось быстрее.

– Подожди, – прищурилась Кона, – а как же мармалльская мощь, о которой так много говорят? Где ужас, который мармаллы наводят на людей? Ведь эти парни позволили себе трепаться, потому что знали, быстрой реакции не будет. Так?

– Полагаю, да. Но я и впрямь сильнее других. Парням не повезло. Сначала думал обернуться, но понял, что на это сил уйдет еще больше.

Плагос осторожно погладил ее по волосам.

– Не волнуйся, мы сможем за себя постоять.

Даже на твоей земле.

– Не понимаю, что происходит, – Кона пожевала губу. – Мы все, что можно, собрали. Здесь неспокойно, но не до такой степени. Будто за нами следит кто-то и специально строит козни.

– Вот уж не знаю. У тебя есть враги? Кто-то желает твоей смерти? Или, может, кто-то не хочет, чтобы ты попала на земли мармаллов?

– Спрашиваешь тоже, – пожала плечами Кона и зевнула. Наступающая темнота нагоняла усталость. – Откуда я знаю? – покачала головой и махнула рукой: – Хватит болтать, пойдем поищем ночлег.

Хоть мне и немного боязно заходить в эту деревню. Вдруг все жители в ней промышляют разбоем?

– Не бойся, – подбодрил Плагос и взял ее за руку. – Я не дам тебя в обиду.

Подхватил другой рукой своего нруселя под уздцы и зашагал к домам. Кона осторожно сжала теплую шершавую ладонь. Отчего-то почувствовала себя маленькой девочкой, которая гуляет в компании циркового фокусника. Кажется, он такой могущественный, что рядом с ним и не страшно ничего.

Не хотелось думать, что эта уверенность – всего лишь детская иллюзия. Как с отцом. Когда-то и он казался самым сильным человеком на свете. Еще бы! Даже мать, избранная богами, почитала его своим господином, одаривала магией. Потом все исчезло в одночасье. Мать умерла, а отец все больше начал походить на полоумного старика, которого окружающие терпят из-за прошлых заслуг.

Кона поморгала, отгоняя грустные мысли. И тут же пожалела… На смену грусти пришел страх.