Именем Бога

Дальнейший разговор состоялся в большой, почти пустой комнате, для которой был сделан отдельный вход.

– Садись на кровать, – пригласил маг и сам сел на стул. – Значит, спасся только ты. Жаль, я был дружен с твоим отцом и расположен к вашей семье. Ты спросил о моём отъезде... Я узнал о событиях в столице и решил подождать в Барме, чем закончится.

– А почему тогда уезжаете? – спросил Надь. – Хозяин сказал, что его постоялец съезжает.

– Передумал, – ответил Эрик. – Завтра уезжаю каретой с бароном.

– А почему не на корабле? – удивился мальчик.

– Плыть быстрее и безопасней.

– Я тоже так думаю. Вчера поехал в порт и чуть не попался братьям. Они проверяют тех, кто хочет сесть на корабли. Ты пройдёшь проверку, а у меня это не получится.

У взрослых магов почему-то краснели глаза, и магией это не убиралось. Нельзя было даже прикрыться иллюзией. Внешность можно было менять, но глаза по-прежнему отсвечивали красным.

– А можете взять меня? – спросил Надь. – Я заплачу за проезд.

– В карете есть свободное место, – кивнул Эрик.

– Спрячь свои деньги, они тебе пригодятся. Отец так ничему и не учил? Тогда научу я. Пусть у тебя будет немного меньше сил, сейчас больше пользы от знаний.

– А почему бежит барон? – Мальчика не интересовал ответ, спросил, чтобы скрыть слёзы.

– Не знаю, он передо мной не отчитывался, – засмеялся маг. – Дорога опасна, поэтому кучера не ездят без охраны, за которую приходится платить нанимателям. Чтобы меньше тратиться, многие договариваются с попутчиками.

Барон едет со взрослым сыном, и оба хорошие рубаки. Я тоже неплохо владею этой штукой, – он похлопал ладонью по мечу, – это уже трое. Ещё возьмём двух конных наёмников. У кучера есть арбалет, а шесть бойцов не по зубам мелким шайкам.

– А если встретим большую?

– Они не так часто встречаются, – ответил Эрик и взлохматил ему волосы. – Сейчас пойдём в трактир ужинать, а потом здесь переночуешь. Хозяин мой приятель, так что будет тебе и кровать. Вытри слёзы, они не к лицу мужчине!

* * *

Днём Берг демонстрировал уверенность, которой у него уже не было, но вечером его до самого сна терзали тяжёлые мысли и предчувствия.

Гнеш был сердцем заговора, а теперь вся его тяжесть свалилась на магистра. И главное, что пока никак не удавалось подмять под себя дворян. Они или прямо отказывались признавать власть слуг Единого, или тянули время. Помощь из Боры не пришла, а обращаться за ней к королю Камелии... Тогда не стоило нарушать клятвы и лить кровь.