Цвет крыльев. Серый

– Чувства у ангелов Смерти забрали из-за меня, а не из-за людей, – наконец произнес Самаэль. – Не победи я в том глупом споре, и все могло бы сложиться иначе.

– Ой, ли? – Азазелл сощурил глаза, сделав еще один глоток вишневого чая.

– Что ты имеешь в виду?

– Сейчас ты единственная Смерть, у которой есть чувства. Но разве хочется тебе выполнять свои обязанности? И разве сможешь теперь ты просто забирать тех, на кого укажут? Смог бы ты забрать Габриэлль, если бы имел чувства уже тогда? Смог бы отнести ее душу вниз?

Сердце Самаэля мучительно сжалось, стоило только Азазеллу произнести имя его возлюбленной.

Но бескрылый ангел заметил верно – с куда большим удовольствием Самаэль забрал бы Хранителя Габриэлль, чем ее саму.

– Думаю, рано или поздно, но вас бы все равно лишили чувств, – продолжил Аз. – Возможно, так даже лучше для вас, ведь вам не приходится страдать о каждой проклятой душе, обреченной на вечные муки. Но так лучше и для них, ведь вы беспристрастно делаете свою работу.

Не умея ни любить, ни жалеть, вы не можете выделить одного человека, взяв взамен него другого. И ослушаться тоже не можете. Так виноват ли ты в том, что сейчас все ангелы Смерти пустые? Не думаю. А вот тебе стоит поразмыслить об этом.

Договорив, Азазелл кивнул Самаэлю, и исчез, оставив после себя лишь стаканчик с недопитым чаем.

Ангел Смерти сел на парапет и посмотрел на свои ладони. Сейчас, находясь во власти эмоций, он все чаще забывал о том, что ему надо быть аккуратным с ними.

Касание пяти пальцев – и ничто живое не сможет устоять. Эти руки несут только разрушение… и как Габриэль смогла полюбить того, кто обращает все вокруг себя в пепел? Как она не боялась? Ведь она никогда не боялась…

Азазелл был прав во многом.

Смерти не нужны чувства, иначе она перестанет быть такой неотвратимой. Разум и холодный расчет – вот то, что необходимо серокрылым ангелам. Но не эмоции, никак не эмоции.

Посмотреть хотя бы на него, Самаэля. Сейчас он выглядит не просто паршиво, а жалко, и его уже пожалел каждый, способный видеть ангелов.

Впрочем, Самаэль знал, кто виноват в его состоянии. И, кажется, начинал догадываться, что нужно сделать.

***

Анжела проснулась от звука голосов. Точнее, одного, хорошо знакомого ей голоса – Дэймон оживленным шепотом говорил с кем-то, стоя возле ее кровати.

И кто мог прийти к ней в такую рань? Разве что Аз – от этого ангела можно было ожидать чего угодно.

Девушка прислушалась.