Мечта для мага

22_3. Эрих Зуртамский

- Самый первый её взгляд, и всё в мире замедлилось, как муха в киселе. Упустить такое я, конечно, не смог. Пара дней, и я привычно покорил её сердце, как сердца многих и многих до неё. Пара ночей в каморке на этаже слуг не стали откровением. Да и когда она уехала вместе с портнихой, я позабыл о ней.

Ничего не понимаю. Забыл? Курт, не видимый за стеной дыма, длинно выдохнул.

- Позабыл, да только ненадолго. Когда на душе было муторно, я находил её в городе как по волшебству, хотя магию не применял.

Просто бродил, задумавшись, по улицам, а приходил в себя от того, что стою на её пороге. Приходил, чувствуя вину, и оставался. Она меня принимала. С тихой улыбкой, ласково, нежно, как если бы любила. А потом я снова уходил.

Кресло заскрипело под стариком, он закряхтел почти с тем же скрипучим звуком, усаживаясь, очевидно, поудобнее.

- То ли отец что-то узнал, то ли почувствовал, не знаю, но как-то неожиданно стал готовиться к моей свадьбе.

Неожиданно! Действительно неожиданно.

- К свадьбе?

Я брякнул, а потом спохватился - это против правил, так с Куртом нельзя говорить. Правда не хотел, само сорвалось. Но Курт будто не заметил и продолжил:

- Да. Я с малолетства был помолвлен с девицей знатного рода, очень и очень знатного, такого, знаешь, что прямо на зависть всем. Тогда молодых не сильно спрашивали. Вот, говорили, тебе невеста, женитесь, рожайте детей.

Курт опять замолчал.

Не то, чтобы я не знал тех странных обычаев, что всё реже встречались в нашей жизни.

Но они казались мне далёкими и потому невозможными. Очень-очень далёкими и совершенно дикими.

Представил себе, что это меня заставили бы жениться неизвестно на ком... Собственно, из-за этого я и избегал разговоров с отцом. Я не хотел, чтобы меня заставили. Жениться или принято, что я не хочу пока принимать.

А задумчивый Курт попыхтел трубкой и заговорил снова:

- И я опять шёл к ней. За утешением. За пониманием. За добрым и ласковым взглядом. И она меня встречала. И понимала. И утешала.

Дымовая стена медленно поредела, и я уже видел смутные контуры деда, что задумчиво и хмуро рассматривал трубку в своих руках.

- Я совершенно случайно обратил внимание, что её фигура изменилась. Я сидел на краю кровати, а она потянулась что-то взять с верхней полки, и её округлившийся живот оказался на уровне моих глаз, - тихое хмыканье, видимо, означало недоумение, а может, насмешку над собой. - Я, конечно, спросил. Ну не просто спросил... Наорал на неё. Сильно.