Мечта для мага

- Ты уверена? Ты в самом деле этого хочешь? – спросил тихо-тихо, прямо в ухо, щекоча своим горячим дыханием так, что мурашки бежали по рукам и ногам, накаляя ещё сильнее то, что, казалось, уже не может быть горячее.

- Да!

Какой хороший, приятный сон! Я

Я наконец познаю это. Познаю с самым желанным мужчиной в мире и перестану мучиться по ночам от ставшего невыносимым томления, от этой жажды. От любопытства.

Попробую один раз и успокоюсь.

Это же сон. А во сне - можно. Тем более, что сил терпеть это просто нет.

- Я сделаю, как ты просишь, - шептал он, проводя губой от моей скулы по шее.

- Но только если ты согласна стать моей.

- Согласна! - выдохнула, плохо понимая смысл вопросов.

- Согласна? Согласна стать моей на всю жизнь?

- Да!

- Тогда, если ты согласна, я одену тебе это кольцо.

Да сколько можно говорить, когда так горит всё тело?!

- Да! Да! Да!

Я почувствовала его горячие губы на своей груди, и в позвоночнике прострелило острым наслаждением. Я охнула. Как сладко!

Тело изогнулось в попытке не упустить ни мгновенья этой сладости, а голос охрип, когда я произнесла:

- Но и ты станешь моим на всю жизнь, - прохрипела я, не вполне понимая о чём говорю.

- Я принимаю твоё условие, моя женщина.

И прохлада металла на моём пальце чуть отрезвила меня, а затем снова я задохнулась от жара и сладости - почувствовала горячие поцелуи на груди, шее, губах. Вот мягким движением мои ноги развели в стороны. Толчок был не сильным, а ощущения необычными, но именно такими, как хотело, как жаждало и жадно вопило моё измученное ласками тело.

И я сделала движение навстречу...

А затем я уже не могла остановиться, даже когда услышала своё имя, даже когда сонная муть развеялась, и я впервые смогла открыть глаза и ясно рассмотреть всё.

И убедиться, что всё это не сон. И даже когда всё вспомнила, поняла и осознала кто он – самый желанный мужчина на свете из моих снов, остановиться я уже не смогла бы.

28. Эрих Зуртамский

Как только я назвал её имя, она открыла свои невероятные бирюзовые глаза.

Она продолжила двигаться, всё так же выдыхая тихий стон с каждым встречным движением. И сквозь распирающее чувство, на разрастающийся внутри ураган, я успел подумать, что правильно сделал, накинув полог тишины на комнату.

А потом её дыхание участилось, замерло, глаза закатились, и она выгнулась дугой сотрясаясь. Я тоже не выдержал. Наши стоны слились в один.

- Моя Лиззи… - смог прошептать я лишь спустя минуту.