Мечта для мага

А папенька выпятил свой немалый животик, и важно проговорил:

- Здравствуйте, ваше сиятельство. Позвольте представить вам моего сына, Лизза Ларчи, он любит мастерить кое-что безо всякой магии. Для примера у нас с собой есть чертежи придуманного им разводного моста, - и батюшка развернул знакомый уже князю рулон технической бумаги.

Ещё каких-то пару мгновений князь переводил недоуменный взгляд с меня на папеньку, с папеньки - на рисунки, наконец понимание озарило его лицо. Князь вскочил и крепко приложил кулаком по столешнице, да так, что магические искры сыпанули фейерверком, грозя поджечь мои наработки, и радостно гаркнул:

- Ваш сын, господин Арчинский, принят на учёбу в ТехноМагические Мастерские! Обучение на моём личном финансировании! - и жадно потянул на себя бумагу, что привычно стала закручиваться в рулон.

***

- Ну как тут наш Ларчи? - сияя предвкушающей улыбкой, спросил князь Делегардов.

Он зашёл в лабораторию, как раз в тот момент, когда я с помощью Степана закручивала последнюю гайку на своей кривобокой конструкции.

Все остальные, что собрали мои товарищи, были красивые. Некоторые даже изящные. Но только моя кривобокая работала. Работала одна на всю лабораторию. А остальные, красивые и изящные, - нет.

Мне захотелось закрыть лицо руками. Нет, отвернуться. Нет! Мне хотелось спрятаться под верстак! Потому что два десятка глаз: все товарищи по курсу смотрели на меня с ненавистью.

Ещё бы! Мелкий выскочка, любимчик гранд-мэтра, зазнайка, который ни с кем не разговаривает, снова обогнал их на корпус.

Или даже на два.

Не то, чтобы я не пыталась разговаривать с одногодками, подружиться. Пыталась. Но, видимо, неудачно. Всему есть причина.

И не столько в моей природной замкнутости, сколько в отсутствии нужных знаний. Нет, папенька не держал меня взаперти, заперев в доме. Более того, когда я повзрослела, выписал мне учителя из столицы.

Это оказала дама преклонных годов, которая с осени до лета прожила в нашем доме, и преодолела таки моё нежелание учить ненужный, на мой взгляд, этикет.

Поэтому, когда папенька стал вывозить меня в гости, «к людям», как он говорил, я вполне сносно вела себя, и по мнению нашего круга, была даже аристократически воспитана.

Вот только сам круг был неширок да и не очень благороден: соседские купеческие семьи, а их немного было в округе, обедневшее дворянство, тоже немногочисленное и не самое аристократическое, разночинцы, мещане.