Легенда о лиловом драконе

Конечно, было невероятно приятно слышать от нее такие теплые искренние слова: они, без преувеличения, придавали смысл жизни, зажигали в душе надежду на светлое будущее, да просто согревали и дарили радость, но это вовсе не значило, что он имел право ради своего удовлетворения терзать Ариану. Она такого отношения совсем не заслужила.

– Прости, – покаянно произнес Лил. – Никак не привыкну, что тебе на самом деле хочется того же, чего и мне. Иногда это кажется совершенно невероятным.

Ариана хихикнула и взяла его за руку.

– Привыкай, – уверенно сказала она. – Я теперь от тебя никуда не денусь.

* Шнокель – самая мелкая монета тех краев (прим.авт.)

Глава восьмая: Беанна

Отношения между сестрами нельзя было назвать плохими, просто потому что отношений у них не было вовсе. Беанна жила в своем мире, а Ариана в своем, пересекаясь иногда на семейных ужинах да по случаю выходов в гости. Несмотря на то, что им приходилось делить одну комнату, девочки практически не общались, да и поводы для этого представлялись чрезвычайно редко.

Ариана вставала с восходом солнца, быстро завтракала и отправлялась с отцом на занятия, или на охоту, или по другим присущим будущим воинам делам. Спать после таких забот она также ложилась засветло. Беанна, напротив, любила понежиться в кровати, не утруждая себя помощью матери по хозяйству, затем неспешно обедала и уходила из дома, не отчитываясь, в каком направлении идет и когда намерена вернуться. Ариана подозревала, что возвращалась сестра ближе к полуночи: во всяком случае, она уже не помнила, когда желала Беанне «доброй ночи» и делала ли это вообще.

Впрочем, их обеих это устраивало: у них не было общих интересов и им нечего было делить. Беанна представляла собой молодую девушку в полном смысле этого слова. Она любила красиво одеваться и ухаживать за собой; она могла часами просиживать у зеркала, доводя свои и без того выдающиеся внешние данные до полного совершенства; она хорошо пела и танцевала так, что невозможно было отвести взгляд.

Наконец, в свои неполные двенадцать лет она уже вовсю интересовалась сильным полом и флиртовала с будущими воинами направо и налево. Но при этом кристально блюла себя, не допуская ни единой сплетни или косого взгляда, которые могли бы бросить тень на семью.

Ариана, смешно признаться, даже не смогла бы заплести себе косу. Собственно, ей и плести-то было не из чего, но и желания обучиться хоть каким-то женским премудростям до сих пор не возникало.