Легенда о лиловом драконе

Лил обернулся к Тиле.

– Прячьтесь в лесу! – непререкаемым тоном проговорил он. – Быстро и без шума!

– Я ничего не слышу, – взбрыкнул было тот, но Лил, откинув капюшон, уперся в Тилу взглядом.

– Когда услышишь ты, будет уже поздно.

Тила содрогнулся: то ли от его тона, то ли от осознания правильности своих догадок, то ли от представления грозящей им опасности. Но выглядеть трусом он не желал.

– Если кто-то действительно польстился на наши выигрыши, они выследят нас и в лесу, – заявил он. – Только сражаться там будет сложнее.

– Не выследят, – ответил Лил. – Для этого твоя кляча и тащила вторую телегу.

И, не пускаясь в дальнейшие разъяснения, он быстро отвязал дышащий на ладан обоз, а затем подошел к Ариане.

– Сделай все, как я просил, – сказал он и еще раз сжал ее руку. А Ариана обхватила его за шею и прижалась губами к щеке.

– Ты обещал, – чуть дрожащим голосом произнесла она. Лил кивнул и улыбнулся.

– Я помню.

Ариана разжала руки и отвернулась. Глубоко вздохнула. Потом расправила плечи, шагнула к мальчишкам и увела их в лес вместе с лошадью и поклажей.

Лил секунду глядел ей вслед, борясь с непонятным беспокойством. Нет, за себя и свой план он не волновался. Если что-то пойдет не так, у него все равно был способ избавиться от преследователей. Лишь бы Тила со своим оруженосцем не принялись геройствовать и не навредили Ариане. Только ее жизнь имела значение – Лил слишком хорошо понимал Желку.

Топот всадников приближался, и Лил уже мог разобрать их смех и преступные разговоры.

Слишком велик был соблазн легких денег, а на пути стояли лишь четверо детей. Если те не станут сопротивляться, останутся живы. А нет – так кто об этом узнает? Мало ли разбойников шастает ночами по лесным дорогам?

Лил замел следы, ведущие в лес. Потом вынул нож, сделал на руке небольшой разрез, забрызгал выступившей кровью несколько лоскутков ткани разного размера и разбросал их возле телеги. Стряхнул пару раз кровь на землю. Быстро перевязал руку, достал пригоршню монет и тоже швырнул их на дорогу.

Теперь предстояло самое неприятное: сделать то, за что люди и ненавидят драконов. И пусть Лил собирался лишь инсценировать нападение, все внутри противилось такому поступку. И только мысли о безопасности Арианы заставили действовать.

Уже в образе дракона Лил разломал телегу, когтями пробороздил грунт на дороге и взмыл вверх, чтобы в нужный момент тенью мелькнуть над всадниками, подтверждая своим появлением якобы совершенное на детей нападение.