Шепот бессмертия

Опасная мысль пришла к ней неожиданно, и сначала женщина не стала совсем отказываться от идеи, потом, долго обдумывая все «за» и «против», она уже не видела ничего другого. Ей не хотелось предавать своего друга, но по-другому тайны, которые скрывал Дмитрий, было не узнать.

Синон всегда хотела знать обо всем, что касалось Ветрова, которого она знала еще с его юности. После того как мужчина остался совсем один во всем мире, женщина взяла на себя всю ответственность и заботилась о маге, как о родном сыне.

«Я сделаю это,» - волшебница все же приняла для себя трудное решение и немедленно покинула стены своей комнаты, пряча в руках вещь, которую она бы никогда до этого не взяла.

Женщина вышла в наполненный учениками коридор и пошла прямо, воровато оглядываясь по сторонам. Ее глаза заволокло безумием, несвойственным обычным ей сдержанности или нервозности, а руки слегка содрогались. «Я делаю все правильно,» - успокаивала себя волшебница каждый раз, когда останавливалась передохнуть.

Синон шла не куда-то там, она отправилась в комнату, где все еще спал Ареццо. Маг даже не догадывался, что вскоре его ожидало, а просто видел веселые и добрые сны о привычном для него волшебстве.

Женщина беспардонно отварила тихую дверь и прошла в центр комнаты, шумом пытаясь разбудить мага воды. Когда он все также продолжил спать, Синон зажгла светильник, который стоял рядом с кроватью Ареццо на тумбочке. И этим она, наконец, разбудила волшебника.

Ареццо в секунду раскрыл свои голубые глаза, но тут же быстро закрыл их. От резкого подъема перед собой маг увидел только яркий свет, ослепивший его. Какое-то время он не мог понять, что происходит, и где находится. Спустя долгих пять минут Ареццо вновь распахнул веки и растерялся, так как совсем не ожидал увидеть перед собой Синон Агнец.

-Что случилось? – сонно пробормотал блондин, пряча лицо от света под одеялом.

-Рассказывай! – незамедлительно потребовала женщина, останавливаясь рядом с кроватью.

-Что? – маг воды все так и не мог понять, что именно хотела услышать волшебница. Тем более он не догадывался, зачем было так резко врываться в его личную комнату.

-Кто такой Леон Хардман?

Ареццо содрогнулся и еще больше закутался в теплое одеяло, прячась от пугающего вопроса. После доброго сна тема для разговора, как ведро с холодной водой, резко свалилась на голову и подпортила настроение.