Шепот бессмертия

Так и начался новый виток в его жизни, - Ареццо тяжело вздохнул, понимая, что скоро в его рассказе появятся первые потери. А Синон прокручивала в своей голове услышанные события, из которых знала не так много, как хотелось бы.

-Все началось после того, как он познакомился с Анной? – спросила волшебница, убирая ножницы в карман своего серого платья.

-Нет. В начале все было хорошо, - мечтательно произнес маг воды, не обращая внимание на женщину, уже давно отпустившую его.

Блондину казалось, что он начинает говорить с самим собой. –И так…

Анна уже тогда была непобедимой правительницей, прославившейся на всю округу как тиран и деспот. Простой народ и знать ее не любили, даже ненавидели. А все потому, что к власти она пришла по пропитанному алой кровью пути. Кровью ее родственников – претендентов на корону.

«Столь молодая, а уже интриганка. Убила всю свою семью, да как ее совесть не мучает.

Такая кобылица будет править целой страной? И года не продержится, как ее свергнут,» - такие темы для разговоров какое-то время были очень популярны в округе, но вскоре стали совершенно опасными: королева Англии, Анна Кэрри, назло всем держалась на престоле десять лет и не давала повода думать, что может уйти.

-Она принадлежала к королевскому роду? – спросила Синон Агнец, прерывая рассказ мужчины.

Хоть волшебница старалась не показывать, но ей было безумно интересно узнать, что таила в себе загадочная ведьма. В магическом мире об Анне стало известно только после того, как за нее взялись верховные маги, а до этого девушка была не интересна колдовской стороне.

Особенно не отпускала Синон история про проклятие, с помощью которого девушка выжила после нескольких жестоких прилюдных казней.

-Насколько я знаю – нет, - ответил Аккольти, вспоминая старые вывески из газет, которые он, будучи мальчишкой, не переставал изучать. -Мне продолжать? – спросил маг воды, наблюдая, как женщина с головой погрузилась в свои мысли.

-Да, - резво ответила волшебница, но позже чуть спокойнее добавила, - пожалуйста.

-Тогда… - многообещающе протянул мужчина, заново погружаясь в пучину прошлого.