Призванная на отбор

Видимо, в ее глазах я вела себя совершенно неподобающим образом, но мне хотелось поскорее остаться наедине с книгами. — Если вам что-то понадобится, просто потяните за шнур около кровати.

— Шнур у кровати. Поняла, — кивнула я.

Когда за горничной закрылась дверь, я устроилась за столом и, придвинув свечу ближе, открыла верхний том, на котором замысловатым почерком с завитушками в виде переплетенных листьев и цветов было выведено «Великое Древо и отбор первой элии».

Я ошеломленно смотрела на затейливые буквы, только сейчас осознав, что язык-то мне совершенно незнаком, вот только я все прекрасно понимаю, словно написано на русском.

А ведь я и разговаривала на чужом языке так бодро, будто его изучала! Я покачала головой, чувствуя, как холодеют кончики пальцев, и открыла книгу. Однако не успела прочитать ни строчки, потому что грудь обожгло болью.

Вскрикнув, я вскочила и сорвала с шеи медальон, который и причинял невыносимую боль. Бросив коварное украшение на пол и потирая место ожога, я услышала мелодичный звон, с которым открылся медальон.

— Не трать время на книги, девушка, — раздался незнакомый голос. — Я смогу объяснить все куда лучше и быстрее.

— Кто здесь? — свистящим шепотом спросила я, оглядываясь и пытаясь обнаружить источник звука.

— Уверена, у тебя много вопросов. И только я могу ответить на них.

Медальон с покачивающейся золотой цепью взвился в воздух и замер напротив моего лица. На правой половинке появилось изображение женщины.

Я сделала шаг назад, решив, что действительно сошла с ума.

Глава 3

— Ну надо же, так храбро просила о поцелуе самого эльдена, а теперь трясешься от страха при виде простенькой магии, — насмешливо протянуланезнакомка, скривив тонкие губы. Ее темные волосы с проседью были собраны в пучок, а светлые глаза смотрели на меня без тени симпатии. Ворот вишневого платья был высоким, из-за чего женщина держала голову вскинутой, будто смотрела свысока.

— Кто вы? — решила я не церемониться с незнакомкой.

— Можешь звать меня госпожой Хильдой, — ответила женщина.

— И отныне я твой лучший друг в Вистериосе.

Я только недоверчиво хмыкнула, подумав, что скорее откушу собственный язык, чем назову эту незнакомку госпожой. И хотя слово «госпожа» здесь, судя по всему, использовалось в качестве вежливого обращения, тон женщины из медальона не оставлял сомнений в том, что она имела в виду вовсе не это.

— Сон становится все интересней, — вполголоса проговорила я.

Женщина презрительно усмехнулась.

— Это не сон.