Мой волк, или Отбор для альфы

— Это не болезнь! — отрезала Фира, поджав губы. — Это большая честь. Ты теперь бессмертна. Если, конечно, первое превращение пройдет удачно. — Увидев испуганное выражение моего лица, Фира поспешила добавить: — Не переживай, я уверена, что все будет хорошо. Я буду рядом и помогу тебе.

— Рэйнар не имел права обращать меня! — выкрикнула я жалобно, размазывая катящиеся по лицу слезы. — Я не хочу становиться волчицей! Я хочу обратно! Верните меня назад!

— Эмоциональный фон тоже нестабильный, — вздохнула Фира, доставая из кармана платья полотняный платочек и протягивая мне.

— Представляешь, что с тобой будет, если смертные узнают твой секрет? Они же убьют тебя. Теперь твое место здесь, в стае альфы Рэйнара.

— Я буду скрываться! — глотая слова, выдавила я и зарыдала еще громче. — У вас же получается!

— Все не так просто. Смертных давно нет на этих землях. Много веков назад они все были истреблены.

— Вы что, их убили? — высморкавшись, прошептала я в ужасе.

Фира вздохнула.

— Оборотни обособленно жили на своих землях и не трогали смертных, но они все равно узнали об их существовании.

Среди людей стали ходить слухи, что шкура оборотня дарует неуязвимость и бессмертие, поэтому они открыли охоту, не гнушаясь убивать даже волчат. Волка-оборотня ведь легко отличить по цвету глаз. У настоящего оборотня они имеют цвет от светло-желтого до янтарного. Твои тоже поменяют цвет после первого полнолуния. Так вот, люди начали охотиться на волков. Когда убийства стали происходить регулярно, альфы всех стай собрались на Совет и приняли решение дать смертным то, чего те так желали. Это было темное и страшное время, наши предки назвали его Великий Гон.

— То есть всех смертных истребили? — спросила я, мысленно оплакивая свои зеленые глаза. Это было как раз то, что я очень любила в своей внешности.

— Смертных обратили. Как и тебя. Всего один укус, и уже после первого полнолуния альфы принимали присяги в свои стаи.

— А как же дети? Что стало с детьми? — шепотом спросила я. — Ведь у смертных же наверняка были младенцы.

Фира зябко передернула плечами.

— В истории любого племени есть темные пятна. Никто бы не стал ждать, пока человеческие детеныши подрастут. Их тоже обращали, правда, никто не выжил, организмы были слишком малы и слабы. Я была свидетельницей тех жестоких времен. Я сама из обращенных, у меня есть такая же метка, как у тебя. — Мы немного помолчали, потом Фира продолжала: — Тогда же альфы истребили все серебро, утопив его в ледяных водах реки Тиорейн.