Настоящая любовь вампира

– Что я могу поделать? Вы сами не захотели готовить доску, – отозвалась, а после сложила все свои листы в папку, закинула ее в сумку и удалилась прочь, наслаждаясь гулом, который начался в кабинете, как только я его покинула.

В этот раз во время обеда удалось выпить крови из пакета. К сожалению, досталась не вторая отрицательная, а первая положительная, но воротить нос не стала, поскольку сегодня силы ещё могли мне понадобиться.

Четвертой пары в моем расписании не было, поэтому я преспокойно навестила заведующего складом, который позволил прогуляться по его владениям, чтобы отыскать мышь.

Перед началом учебного года он как раз морил грызунов, поэтому мои поиски быстро увенчались успехом.

К старому дубу я отправлялась в отличном расположении духа с высоко поднятой головой и с тельцем крупной мышки, упакованной в полиэтиленовый пакет.

Глава 5

Думаете, нет ничего хуже обиженной женщины? Есть! Рассерженная вампиресса!

Спустя два часа в кабинете ректора Академии благородных кровей.

Когда я ехала в учебное заведение, то полагала, что оказаться вблизи кабинета ректора смогу только, если что-то из ряда вон выходящее на моей паре вытворят студенты или на крайний случай бедлам устроит Киллиан. Что сама стану источником проблем, в голову вообще не приходило.

Ректор Академии благородных кровей Вольдемар Памодуб сидел прямо передо мной в массивном кожаном кресле. На его лице застыло скучающие выражение, а глаза лишь изредка загорались алчным огнем, когда он поглядывал в мою сторону.

Да, теперь я прекрасно знала этот взгляд, поскольку именно так на меня смотрел дядя Виктор прежде, чем я подписала бумаги, передающие ему слишком много прав. Будучи убитой горем от потери отца, не стала внимательно вчитываться в мелкий шрифт, за что и поплатилась. Даже удивительно, что ничему не научилась на своих ошибках, иначе не попала бы в передрягу с замужеством, при этом не подозревая о полных правилах игры.

Но вернёмся к достопочтенному ректору.

Полагаю, сейчас он размышлял, каким образом можно было бы обратить сложившуюся ситуацию в свою сторону, чтобы выписать мне какой-нибудь штраф в пользу академии, который потом можно было бы с чистой совестью положить себе в карман. Судя по тому, что в век технологий преподаватели были вынуждены писать мелом на грифельных досках, я догадывалась – ректор выносил из учебного учреждения все, что не было прибито гвоздями.