Эликсир

Дайана вытянула руку, чтобы выпустить Ки. Я знаю, что она задумала. Я коснулся ее локтя и опустил руку:

— Не надо. Ты убьешь пол планеты, не только нас, но и миллионы невинных людей.

— Мне страшно, — плакала она, трясущимися руками. Я притянул ее к себе и крепко прижал к груди. — Я не хочу умирать. Я не хочу.

— Тс, — гладил я ее по голове, но и понимал, что и в моих жилах стынет кровь. Наш круг сужался, мы попятились назад, прижимаясь спиной друг другу.

Айзек нашел нас среди толпы, он смотрел на меня странным взглядом.

Если бы я знал, что это означало. Но уверен в одном, он прощался мысленно. Хоровод вокруг нас прекратился, и регрессоры кинулись на толпу, вырывая, людей словно они нечто легкое, как перышко. Пятна крови летели на нас брызгами.

«Боже, спаси нас», — молился я, глядя в лицо приближающейся смерти. — «Не сейчас, пожалуйста, пусть наша смерть будет не такой, умоляю, молю Тебя, Бог мой, услышь наши молитвы, не позволяй нам умереть так».

Регрессоры с разных сторон вырвали всех из моего объятия.

Я не чувствовал боли, когда в мое тело вонзились страшные когти и даже когда мою ногу кромсали челюсти с огромными зубами. Я смотрел по сторонам и искал глазами любимых мне людей. Смерть близка. Я должен взглянуть на них в последний раз!

Мои сны обрели живые краски. Безумная боль отуманила мой разум. Я видел, как над нами кружили аэро-универсалы, такие, которых я раньше не видел.

— Вы опоздали, — кричал я безумным голосом. — Опоздали!

С неба на землю полил ливень.

Регрессор оторвался от меня. Я подполз к Дайане. Других лиц я не различал. Она лежала на земле почти без сознания. Я полз к ней, пересиливая боль, пронзающая все тело. Исключительная боль, подобной я никогда не чувствовал и поэтому не смогу сказать, насколько она невыносима. Но еще невыносимее видеть Дайану такой.

Наконец я коснулся ее головы и прижался губами к ее лбу. Ливень закончился. Дождь не мог так мерзко пахнуть. Возможно, это лекарство, которое убьет нас без мучений.

— Ты слышишь меня? — еле выдавил я из себя.

Горло высохло и каждое дыхание больно резало горло.

— Нет света в конце тоннеля, все врали, все врали, что существует свет, — бормотала она.

— Тс-с-с. Просто молчи. Я буду рядом. Я буду рядом, чтобы ни случилось.

Над нами склонились люди в военных формах. Двое пытались уложить меня на переноску. Я держался за Дайану.

— Без нее никуда не пойду, — кричал я из последних сил, а голос прозвучал тихо, жалко и безжизненно.