Эликсир

Последствия детских травм болезненны и кажутся не перестанут нас преследовать до самой кончины, до последнего вздоха, напоминая... свирепые глаза телохранителей отца.

— Знак... знако... знакомьтесь, — запинаясь говорил Билл. — Извините, отключаюсь. Это Зак. Военный офицер, недавно защитил звание капитана. Зак это…

— Знаю, Шон Уолтер, — протянул тот грубым голосом, направив ко мне раскрытую ладонь для рукопожатия, хотя такой жест давно не принят. Мы сжали руки друг другу, и я почувствовал его сильную энергетику, очень мощную и бодрящую.

— Наслышан о вас. Я рад, что мы собрались здесь.

— Вместе — мы сила. Ознакомился с планом?

— Билл объяснил в двух словах, — кивнул мне Зак, поглядывая на беспорядок на столе. По краям стола разбросаны чертежи и материалы, которые мы используем вместо древесных бумаг, они многоразовые и немного грубее той жемчужины, которая имелась в достатке у наших предков. Карты, записи, чертежи лежат везде — на столе, стульях и под столом. Кружки дополняли беспорядок, какого ранее я ни разу не видел.

— Все будет под контролем, мистер Уолтер. Вы не спали ночью, отдохните. А мы присмотрим здесь. — Зак смотрел на меня своими серыми, полными сил глазами. Он указал на крепких парней, видимо тоже военных. — Наша команда разбросана по городу в трех местах, чтобы не привлекать внимания. Мы уже ведем наблюдение за президентом. Сейчас ближе ознакомлюсь с планом.

Некая часть груза будто спала с плеч, я почувствовал прилив сил и облегчение.

— Теперь я спокоен, капитан, — сказал я.

Зак широко улыбнулся. Как это казалось не свойственным серьезным военным офицерам, хотя последние месяцы в армии я лично убедился в широкой душе военных.

Роб тряс Бо, ухватив за плечо:

— Бо, поехали, заберем из дома вещи первой необходимости.

— А? Да, да, — тупыми и сонными глазами оглядывался вокруг Бо. — Мой дом разрушен на половину, — бормотал он. — Я останусь здесь. О, Шон! — Он заметил меня, Эл придерживал меня. — Шеф, нет вестей о Кайли? Лин не нашелся?

— Еще семь утра, — засыпая на ходу бормотал я, ведь для человека всю жизнь следовавшему правилам сна невероятно сложно быть на ногах все двадцать четыре часа.

— Выспись, скоро найдем. Мы уходим.

— Я почти выспался, полежу еще часик и буду в строю, — отвечал Бо, но мы уже вышли из помещения.

Общий зал полон людей, сотни разглядывающих нас взгляды провожали, повернув головой в ту сторону, куда мы шли. Я чувствовал себя избитым и изнеможденным.