Серебряные нити

– Это понятно. А где твой дом? В каком городе? Ты из Вестарии? На южанку не похожа.

Сам он отвечать на вопрос не хотел, а ей задавал. Почему?

– Рядом не было городов. Только лес и река. И тракт еще, но до него идти нужно, – тем не менее пояснила Мора спокойно. К обмоткам она больше не притронулась – пыталась погрызть сухарь. Жесткий, можно зубы сломать, зато невероятно вкусный. Почти как молоко! Она опомниться не успела, как закончился сперва один, потом и второй, одни крошки остались, их она тоже смела в ладонь и отправила в рот.

Мих покосился на сухари жадно, хотя сам же ей их отдал перед этим.

– Название у этого леса хоть было? – спросил он.

Мора покачала головой.

– Ла-адно. А жил в доме с тобой кто?

– Никто. Только я.

– Как это? – судя по его удивлению, она сказала что-то немыслимое. – Совсем одна? Без родни, без челяди?

Мора кивнула, но все-таки добавила:

– Брат иногда заходил в гости. С друзьями. Или мама.

– Но жила ты одна? Даже в детстве?

Да что он хочет от нее?

– Ты, часом, не ведьма?

Ах, вот в чем дело.

Наверно, быть чародеем для Миха зазорно.

– Нет, у меня нет дара.

Брата немало это огорчало, а маму наоборот – радовало. Ее умение управляться с туманом за колдовство не считалось. Так что Мора ответила совершенно честно.

– А бабка тебе родная?

Здесь стоило задуматься, и она поняла, что не знает. Брат никогда бабушку так не называл, величал очень уважительно “госпожой”. Мама – “наставницей”. Зато, когда и Мора попыталась так ее называть, еще в далеком детстве, ее сразу одернули.

“Какая я тебе наставница, мелкая ты нежить. Бабушкой меня зови и довольно с тебя”.

Потому и в память запало, из-за этого пренебрежительно брошенного: “нежить”. Мора потом цеплялась за мамин подол и требовала объяснить, живая она или нет. Мама тогда долго молчала, а после сказала, что тревожиться не о чем, просто бабушка давно живет на свете и может себе позволить поворчать немного. А она, Мора, ни в чем не виновата, пусть выкинет из головы всякие глупости.

Но это было давно. Потом ее перестало заботить, нежить ли она: ей хорошо как есть. Значит, никакой разницы.

– Ладно, – Мих видно решил, что ничего внятного от нее не добьется. – Давай помогу с онучами. Намотаю их тебе, а ты запоминай. И будем спать. Лучше отдохнуть и двинуться с рассветом, чем плутать в потьмах.

– Ты не будешь разводить костер? – Мора хоть и устала, но желание увидеть живой огонь все же победило.

– Нет, – Мих пересел поближе.