Серебряные нити

Мих не выдержал – сел и принялся растирать лицо. Голова гудела все сильнее:

– Помнится, девчонка с мечом у горла заявила, будто ты не держишь слово.

Хьялмар в ответ усмехнулся. Ясно, что наобещал: не тронет, отпустит, не навредит. Дурочка и поверила.

– Чудная она у тебя.

– Мне ее бабка вручила. Я за нее отвечаю, – пробурчал Мих и добавил, мысленно показав кукиш колдуну. – Заколдованная она. Потому и не в себе.

Уж лучше быть чародейской жертвой, чем слабоумной. Некоторые до сих пор верили, что прикосновения навьев отнимает разум.

А если порождения другой стороны Реки однажды дотронулись до человека, значит, смогут прийти к нему снова.

– Ну-ну. А этот тогда отчего ее не расколдует?

Мих покосился на спящего Вихря, раздумывая. Избавиться от него хотелось невыносимо, и это нужно было сделать, пока не заморочил девчонке голову. Но… не руками Хьялмара. Может, и стоило проявить хитрость, но пересилить себя Мих просто не мог.

– Заклятие больно мудреное.

Лицо у Хьялмара стало какое-то… глумливое, словно ярл видел его насквозь.

Мих врать никогда не умел и не любил. Попробуй – скажи неправду, и лицо немедленно идет красными пятнами, а уши полыхают.

Но что бы ни подумал Хьялмар, спросил он другое:

– Ты уверен в нем?

Не нужно было переспрашивать, чтобы понять – речь идет о восставших покойниках. Поднялись те внезапно и так же ушли. Никогда не случалось, чтобы душа оставалась привязанной к мертвому телу, даже в страшных сказках про стародавние времена, когда навь бродила под луной, забирая жизни, а миром правили колдуны.

Мих не слышал ничего похожего. На то Переправщица и ходила по земле, чтобы провожать души через Реку до самой Темной дороги. Да, остались места после войны с чудищами-дивью, где белокосая дева пройти была не в силах, там запертые в ловушку души со временем оборачивались злобными мороками. Но без тел.

С одной стороны, колдун среди них один. Кому, как не ему, заниматься подобной мерзостью? И очень уж кстати все случилось. Не поднимись мруны, ничего хорошего бы их не ждало.

С другой – он помнил белое от страха лицо и устремленный на девчонку дикий взгляд. Может, Вихрь и был распоследней поганью, но испугался не меньше остальных. А то и больше. Только вот отчего?.. Хотел заклясть людей, а вышло невесть что? И ведь не расспросишь – не признается.

– Не думаю, – покачал головой Мих, гоня прочь сомнения. – Ты ж видел, он их и задержать-то не мог.

– Как знаешь, это твой спутник, – задумчиво ответил Хьялмар и небрежно добавил.