Серебряные нити

Мора подставила руки, ловя его ладонями. Ее то знобило, то бросало в жар, а из глаз по щекам снова текла вода.

Одна. На чужбине. Нет ни брата, ни соколов, ни бабушки. Некому разделить с ней радость нового. Не с кем поделиться, как полнится звуками лес, как льнет к ногам трава, как страшно и мерзко бывает среди людей. Никто не поймет.

– Я не страшилище. И не навья. Не навья, – пробормотала Мора дождю, но он не мог унять стискивающей грудь горечи.

Ее раздирало желание сбежать из этого места. Казалось: вот-вот вместо рук отрастут крылья, и можно будет наконец улететь на другой берег.

Домой. Но в птицу она превращаться не умела, поэтому закрыла лицо руками и разрыдалась.

Глава 10, часть 2

Очнулась Мора в темноте. Разгулявшийся ветер давно унес бурю прочь, небо затянуло плотной пеленой, сквозь которую тускло светил месяц.

Хотелось есть, во рту рассыпалась песком сушь, голова гудела. И в комнатке было неуютно – стены давили. Но выйти без многострадального пояса? Мора оглянулась по сторонам: оставшуюся одежду никто не забрал, она кучей лежала на сундуке, благоухая горечью полыни, поверх рубах – вились ленты очелья.

Простые, без узоров. Чем не пояс? Всего-то нужно, что связать две из них и опоясаться. Итогом Мора оказалась довольна и наконец выскользнула наружу. Стоило открыть дверь, мимо метнулось что-то маленькое. Зашипело, сверкая желтыми глазами, встопорщило шерсть… Мора от неожиданности шарахнулась, едва не наступив существу на хвост. Не сразу до нее дошло, что эта жуть – обычная кошка, которых люди держали при себе. Все-таки странные у них вкусы.

– Я тебя не трогаю и ты иди себе мимо, – шепнула Мора, глядя в янтарные глазища.

Кошка вновь зашипела, забил из стороны в сторону распушенный хвост, но глухой стук вывел ее из оцепенения, животина метнулась в темноту, только Мора ее и видела.

Внизу, во дворе, было пустынно. Лишь на тренировочной площадке, в свете факелов, разгонявших ночной мрак, ярл метал топоры в мишени.

Получалось у него ловко: острие со свистом вонзалось ровно в центр.

Мора перегнулась через перила, с любопытством наблюдая за отточенными бросками, но ярл как учуял ее – задрал голову и улыбнулся:

– Не спится, милая? Спускайся, не обижу.

– Ты не сможешь, – назидательно произнесла Мора. – Я гостья. Их не обижают.

И тут же вспомнила, как поступила с собственными гостями. Прогнала. А мама строго-настрого запретила их оскорблять. Вот что из этого вышло.