Дочь ректора

Жаль, что ты ею не воспользовалась. Пошли отсюда, девочки. Здесь дурно пахнет.

Поднялись все. Безоговорочно. Кроме одной. Та с неуверенным видом переводила взгляд то на Лайвли, то на Аврору.

– В чем дело, Беатриса? – грозно взглянула на неё Лайвли.

– Я… я ещё ничего не съела.

Девчонки из свиты высокомерно захихикали.

– Ты можешь доесть свои сэндвичи, малышка Би, в обществе этой шлюхи. Но в таком случае мы станем считать, что ты с нею за одно.

Беатриса вспыхнула, как светофор, красным цветом, и вскочила с места.

С победным видом вся пятёрка воинственно удалилась.

Аврора с невозмутимым видом взяла с подноса свободную порцию и принялась есть с самым безмятежным видом. Как будто бы ей наплевать. Будто победа осталась за ней. В конце концов поле боя (в смысле – обеденный столик) действительно остался за ней, а по законам войны тот, за кем поле боя, за тем и победа. Но в душе у неё всё кипело от обиды.

От внимания Авроры не укрылось то, что Лайвли и Сабрина обменялись взглядами.

Всё подстроено. И эта стерва продолжает настраивать против неё всех и сразу!

Аврора специально поднялась в тот же момент, что и неприятельница. Она нарочно столкнулась с ней в дверях.

– Можно тебя на минуточку? – сладко пропела она.

– Нет, – отрезала Сабрина, даже не сбавляя шага.

– Мне нужно с тобой поговорить.

– Я не разговариваю с такими, как ты, – с презрением бросила гадина, даже не поворачивая головы.

– Ты об этом можешь горько пожалеть…

Договорить Аврора не успела.

Со всех сторон в неё полетел соус. Первый попал под ноги, а поскольку пол был скользкий и, подобно другим девушкам, Аврора носила туфли на шпильках, сохранить равновесие не удалось. Тем более, что кажется, чьё-то воздушное заклинание толкнуло в спину. Ноги заскользили, разъехались и Аврора нелепо растянулась у ног хохочущей Сабрины и её мерзкой свиты.

Впрочем, в этот момент весь мир казался Авроре мерзким. А неприятности в виде летящего со всех сторон соуса не заканчивались.

Она с ног до головы оказалась испачканной в этом липком растекающимся месиве.

– Вот ведь гадость! – скривилась Аврора, изо всех сил стараясь не расплакаться.

Какая детская, глупая травля! Но ведь действует.

Она никогда в жизни, даже вчера вечером, выходя у всех на виду из комнаты Дарка, не чувствовала себя такой униженной.

Все вокруг хохотали, заливисто, весело, громко. Хотелось уползти куда-нибудь в щель, забиться, исчезнуть и перестать существовать.