Шарлатан

И тут появилась Главная!

В том, что по коридору, постукивая высокими каблуками, шествует вершительница всех судеб в психиатрической клинике, сомневаться не приходилось. Статная, с пышной золотой прической, прикрытой высоким крахмальным колпаком с завязками бантиком на затылке, в ослепительнейшем белом халате на пуговках с отложным воротником, с виднеющимся в декольте дорогим платьем и ниткой гранатовых бус. В луче солнца, заглянувшего в окно, сверкнула и пропала бриллиантовая капелька золотой сережки.

По сравнению с этой роскошной и властной женщиной Екатерина Андреевна почувствовала себя не дипломированным молодым специалистом, преподающим в школе русский язык и литературу, а маленькой робкой первокурсницей, ожидающей вызова в деканат.

Не глянув на сидящих в коридоре великомучеников, будто их и на свете нет, Главная скрылась за роковой дверью. Снова наступила гнетущая тишина, потянулись минуты почти невыносимого ожидания.

Через какое-то время в конце коридора, но с другой стороны, показалась процессия.

Впереди двигался скрюченный в дугу больной в полосатой пижаме, за ним, не отставая ни на шаг, следовала сестра, а за ней, на всякий пожарный случай, поспевал санитар с суровым и непроницаемым ликом.

Ни сестра, ни санитар, будто сговорились заранее, точно так же "не заметили" сидящих возле двери. Один лишь скорбный головушкой, к тому же явно измученный радикулитом, с неуверенной улыбкой искоса глянул на Катю и Станислава Сергеевича, кивнул и вежливо сказал - здравствуйте.

Но это был сумасшедший, что с него возьмешь!

Шествие скрылось в комнате консилиума, и снова тишина.

Внезапно Станислав Сергеевич схватился за виски.

- Я знаю, что они хотят сделать! Они заставят меня лечить его от радикулита!

- Ну, и что? - пожала плечами Катенька, - вы же умеете. Покажите им класс, и они вас отпустят.

- Как вы не понимаете, - жарко зашептал несчастный экстрасенс, - он же ненормальный, у него поврежденная психика, вдруг от моего воздействия ему станет хуже!

Перепуганная этими словами, Катенька ничего не успела ответить.

Дверь открылась, сестра кивком головы пригласила Станислава Сергеевича. Он поднялся, бледный, словно приговоренный к смерти. Катя рванулась следом, но ее остановили.

- Не надо. Ждите.

Катенька села на место, и сердце ее сжалось от дурного предчувствия.

7

Ожидание растянулось еще на полчаса. Чего только не передумала за это время несчастная одинокая Екатерина Андреевна, сидя в пустом коридоре сумасшедшего дома.