Мой бывший темный

— Сволочь! Да как ты?!.. — я замахивалась снова и снова, осыпая его лицо и грудь градом ударов, а из глаз текли слезы.

— Тише, тише, Ника… — он пытался меня урезонить, но я лишь сильнее расходилась, не в силах сдержать накопившийся внутри гнев.

— Ника, перестань, успокойся.

— Успокойся? Успокойся?! — кричала я. — Ты не имел никакого права в чем-либо меня подозревать, и уж тем более спрашивать! Тем более это! Особенно после того как угрожал забрать ребенка у меня!

— На счет того, что бы забрать малыша, переборщил, тут согласен… я не должен был говорить тебе такое, — начал было он, но мне уже было все равно.

— Я ведь и сам на эмоциях из-за всего этого… Ника!

Не в силах хоть как-то утихомирить, он просто скрутил руки, поворачивая меня спиной.

— Тише. Я сейчас тебя отпущу… — медленно произнес он, словно говорил с маленьким ребенком.

Его рука соскользнула вперед, чуть поглаживая меня. Я всхлипнула, но уже больше от возбуждения, чем от обиды.

— Девочка моя… — я чувствовала, как он тоже теряет самообладание.

Сильные пальцы впились мне в волосы. — У меня голову от тебя сносит.

Беспомощность, уязвимость обнаженного тела усиливала все ощущения. Неужели он все еще влюблен? Хочет меня? Даже с неидеальной фигурой, растяжками, лишним весом?

Стоит ли это использовать? Я же планировала соблазение?

Я зажмурилась и выпалила, прежде чем успела все обдумать.

— Укуси меня.

С глухим рычанием он чуть потянул меня на себя, я послушно откинулась на него, чувствуя, как в груди бешено колотится сердце.

Он оттянул волосы назад, запрокидывая мою голову, и припал к шее, покрывая ее поцелуями.

Наплевав на гордость, я отдалась в эти сводящие с ума чувственные объятия. Тело захлестывали волны удовольствия, когда его руки блуждали по мне, лаская, обжигая своими прикосновениями.

Вдруг резко стало больно. Я дернулась, но он не дал освоиться, лишь усилив хватку. Горло обожгло огнем, но Виктор держал меня очень крепко. Руки и ноги начали слабеть, резко стало холодно.

— Что ты?..

Я наконец вывернулась, провела рукой по шее. Кровь.

Кровь же была на губах у Виктора. Он плотоядно облизывался, глядя на меня своим странным красным взглядом. Теперь я точно могла сказать, что это никакая не игра света.

— Прости, не смог удержаться, — он вытер губы тыльной стороной ладони.

— По-моему, у тебя не все в порядке с головой, — с опаской прошептала я. — Зачем было так сильно кусаться?!

Он ведь никогда раньше так не делал.