Какого черта тебе надо? или Брачное агентство для попаданки

Пентаграмма кривая, как же сложно-то с этими новыми телами!

   Я оперлась на стол руками, радуясь, что смотреть на мои «танцы» некому, а то ведь со стороны можно подумать, что из девушки пора футбольную команду бесов изгонять! Хотя смотреть некому, единственный претендент в зрители мычит, согнувшись не в три, а во все пять погибелей, будто одновременно собирается и родить, и кишечник опорожнить.

   Мне стало совестно. Вдруг у этой Мии с ним шуры-муры какие, я же не в курсе. Может, мальчик не привык к садо-мазо подвывертам, а тут девушка ему устраивает Помпеи с Перл-Харбором в одном флаконе, нехорошо!

   Рискнув отпустить стол, я сделала шаг на полусогнутых к схлопотавшему от моих щедрот парню.

   - Ты как? – спросила, стараясь, чтобы голос прозвучал участливо. – Ник?

   - Ты чего дерешься? – прошипел горемыка, обиженно глянув на меня полными слез глазами.

   - Прости, я… - что бы такого соврать поубедительнее? – Я нечаянно. – Сегодня лимит на креативность, видимо, исчерпан.

   Взгляд Ника выразил все, что он думает о женском поле. Ну и пусть, мужчинам не привыкать кидаться в нас тапками и винить женщин во всех бедах, так как во всем виноваты бабы, нарожали идиотов!

   - Присядь, - подхватила парня под локоть, подвела к диванчику и усадила на него.

   - Зачем?

   Омлет свой подлечить, недогадливый какой! Я ведь лишь издалека намекнула на то, что гостю пора передислоцировать свои пострадавшие шарики по месту жительства. Там, наверное, и лед имеется.

   - Вдруг я что-то повредила? – сложила губки бантиком.

   Судя по реакции Ника, бантик скорее напоминал двусторонний инсульт. Черти радикулитные, я еще не привыкла к новым мышцам лица, что поделать!

   - То есть, сам я не в состоянии это понять? – парень выглядел дико уязвленным, как муж, которому женушка презентовала на 23 февраля килограмм Виагры, заботливо перевязанный ленточкой.

   Чего это он?

   - Ну, спасибо, Мия! – Ник явно через силу поднялся, побелел, закусил губу, но все же нашел в себе силы зашагать к двери – походкой голубя, которого шарахнуло молнией.

   - Ты чего? – спросила вслед.