Ты — мой, бог!

Огромный стол, на котором мог запросто развернуться грузовик, был уставлен таким количеством яств, что при одном взгляде на них возникали мысли о несварении. Но Трапеза ещё не началась. Божества толпились вокруг — видимо, ожидая появления Владыки Ветра и официального открытия пиршества — и таращились на меня.

— Такое ощущение, что каждый второй прикидывает, когда сможет воспользоваться своим "правом первой ночи", — поёжилась я.

— Так и есть, — невозмутимо согласился Гильгамеш. — Что в этом удивительного? Смертные женщины — большая редкость, тем более с внешностью, подобной твоей.

Наш пантеон не так уж и велик, все давно знают всех. Смертные рабыни вносят разнообразие. Обычно их несколько, но в этот раз пришлось ограничиться одной.

— Потому что на остальных уже не хватило средств? — вскинула я бровь. — И теперь обязанность "разнообразить" ваш досуг ляжет только на меня? Хороша услуга!

— Посмотри вокруг себя. Действительно думаешь, мне могло не хватить средств? — снисходительно хмыкнул Гильгамеш.

— Я мог бы купить половину рабов на этом торге, если бы захотел.

Конечно, он прав. Окружающая роскошь была впечатляющей.

— Тогда почему в этот раз только я?

— Так было нужно.

— Для чего?

Молчание.

— Ладно, — согласилась я. — А что с дыханием Энлиля? Почему при одном его упоминании крысовидный решил торг в твою пользу?

— Дыхание Владыки Ветра обладает великой силой — может даже даровать бессмертие.

Это — очень ценная реликвия. Анубису было нечего ей противопоставить — к счастью для тебя, — он вдруг чуть прикрыл веки, рассматривая меня. — Ты сильно отличаешься от всех, бывших до тебя. Робкие, трепещущие, перепуганные создания, но ты... Действительно ничего не страшишься.

— А нужно? — нарочито удивилась я.

Правитель Урука неопределённо повёл могучими плечами.

— Ещё вопрос — на этот, надеюсь, ответишь более внятно, — я немного понизила голос. — Ты тоже собираешься воспользоваться своим "правом"?

— А как без этого сможешь утверждать перед кем бы то ни было, что беременна? От меня.

Прежде чем я успела решить, как к этому отнестись, зазвучала музыка, очень необычная, странная и... казалось, её издают цветы или сам воздух. С неба спустился светящийся диск, на котором в величественных позах застыли Владыка Энлиль и его...

— Как её хотя бы зовут? — шёпотом спросила я Гильгамеша.