Ты — мой, бог!

Всё было готово за мгновения до того, как небесные светила вспыхнули серебром. Поспешно залетев на ложе, я расположилась на нём спиной к посетителю, соблазнительно выставив бедро. Сердце билось где-то под подбородком, удары гулко отдавались в ушах. Я скорее почувствовала, чем услышала, что уже не одна и, приподняв волосы жестом, театральности которого могла бы позавидовать любая танцовщица стрип-клуба, томно протянула:

— Наконец-то, мой возлюбленный Мардук! Я так тосковала по твоим объятиям! — перевернувшись на спину, опёрлась на локти, выставляя грудь, и закинула голову назад.

Пришедший на мгновение замер, потом шагнул по направлению к ложу, а потом послышался сдавленный выдох и глухой удар, когда незадачливый любовник шарахнулся об пол. Почти идеально круглые жемчужины подаренного мне одеяния сработали в качестве «роликов» безотказно — я распустила целую нитку и старательно разбросала их вокруг ложа. Перекатившись на живот, я выглянула за край ложа и насмешливо фыркнула:

— А Гирру и Бази уверяли, твои ноги не знают дрожи! Немного преувеличили достоинства своего господина?

— Всё же догадалась, что приду я? — оставаясь лежать, Гильгамеш приподнял голову и снова уронил её на пол.

— Как и ты — меня, Бесстрашный! Но в следующий раз выбери менее болтливых исполнителей своей воли!

— Прикажу сварить в масле обоих! — буркнул Гильгамеш.

— Проговорился только Гирру: сказал "господин будет в восторге" от моего наряда. А их господин — ты, а не Мардук, — я спустила ноги с кровати.

— А что ещё остаётся? Ты ведь тосковала по объятиям Мардука, а не моим!

Остановившись рядом с распростёртым правителем Урука, я сложила на груди руки и глянула на него сверху вниз.

— Откуда мне знать, стоят ли твои объятия того, чтобы о них тосковать?

— Хочешь проверить?

— Хочешь, чтобы хотела? — парировала я.

Он ухмыльнулся, прищурил глаза, и я тихо выдохнула от неожиданности — его ладонь, лаская, прошлась по моим икрам. И, как в прошлый раз, от его прикосновения тело будто пронизала молния.

— Зачем было убеждать меня... — голос внезапно сел, я откашлялась. — Что придёт Мардук, а не ты?

— Ты как думаешь? — его ладонь поднялась чуть выше.

— Если бы как-то думала, не спрашивала бы, — на самом деле и думать, и формулировать мысли становилось всё сложнее.

— Если скажу, ответишь на мой вопрос?

От голоса Гильгамеша, тоже снизившегося до хрипловатого шёпота, по коже пробежала горячая волна.