Книжный мотылек. Предубеждение.

Я блаженно втянула носом кружащий голову, чуть горьковатый запах, зажмурилась от удовольствия и, кажется, не сдержала блаженного стона. По крайней мере, когда я открыла глаза, и Рауль, и Мик удивленно смотрели на меня.— Соскучилась по кофе, — смутилась я. — Тетушка считает, что девицам кофе не полезен, и поэтому на завтрак у меня всегда какао.

Мик, наконец, расправившись с большей частью снеди и одолев почти всю бутылку с молоком, сыто вздохнул и устроился поудобней.— И о чем вы тут без меня секретничали? — Довольно осведомился он.

Рауль мгновенно нахмурился, и я, предчувствуя очередную нравоучительную беседу, положила руку ему на плечо, останавливая на полуслове. Рауль недоуменно обернулся, потеряв преимущество, и мне было этого достаточно.— Я пыталась узнать мистера Файна поближе, — улыбнулась я подростку. — Увы, он оказался не слишком многословным. Может быть ты расскажешь мне что-нибудь о нем?— Это смотря о чем он уже успел рассказать, — степенно отозвался тот.— Пока он сообщил мне только общие сведения, — подмигнула я Мику. — Так что у тебя, можно сказать, карт-бланш.— И что, он не рассказал ни о корриде, ни о Псе Хемптонской трясины? — Искренне поразился Мик. — Ни про штурм Тартаруги?— Ни словечка, — вздохнула я.— Майкл, думаю, что мисс Дюбо будет не слишком интересно слушать про проделки кучки шалопаев, к тому же десяти-пятнадцатилетней давности. — Попытался предотвратить неизбежное Рауль.— Мистер Файн, — я поджала губы. — Не пытайтесь увести разговор в сторону! В конце-концов, подобные истории, рассказанные после завтрака — это неизменная составляющая пикника. Вы же не хотите испортить мне удовольствие от этого утра?— Сдаюсь, — Рауль даже поднял в капитулирующем жесте обе руки. — Просто хотел бы предупредить вас, что с течением времени все наши проказы обрастают все большим количеством недостоверных подробностей, как днище корабля покрывается налетом и ракушками.

— Так что там за история с корридой? — Повернулась я к Мику.— Эта история случилась еще до моего рождения, — по тону Мика было понятно, как сильно его задевает подобная вселенская несправедливость.

— Её рассказывал мой старший брат Билли, который и был её участником. Им с Ранульфом тем летом было по десять лет, и они только готовились к поступлению в школу.— Баронесса тогда договорилась с Филпсами, что их старший сын будет учится вместе со мной, чтобы у меня была дополнительная мотивация и здоровый дух конкуренции, — вклинился в разговор Рауль.— Так вот, — обиженно засопел перебитый Мик.