Возвращайся, сделав круг

Но Дэйки быстро нашёл "комнату", в которой свистело меньше, чем в остальных, а посередине находилось квадратное углубление с остатками пепла — очаг. Бросив на пол циновки и шкуры, он развёл огонь и поднял на меня глаза.

— Присаживайся!

— Уверен, что здесь можно разводить огонь? — я села на шкуры и выпустила камаитати, который тотчас начал принюхиваться к незнакомому месту. — Как бы не влетело от твоего "справедливого" господина!

Дэйки вздохнул и потупился. От его тела вдруг начало исходить оранжевое свечение, и на моих глазах лисья морда приняла миловидные черты парня, с которым прошлой ночью я состязалась в устойчивости к алкоголю.

— Твой человеческий облик… — растерянно выдохнула я. — Почему вдруг?

— Потому что хотел извиниться за своё поведение, Аими-сан, — неожиданно серьёзно произнёс он.

— Извиниться передо… мной?..

— Я подверг тебя опасности. Господин доверил мне твою жизнь, а я не оправдал доверия. Рисовое вино сделало меня беспечным и слабым. Я не смог бы защитить тебя. Иошинори-сама шёл за нами от самой деревни, а я этого даже не заметил…

— От самой деревни? — в ужасе переспросила я.

— Ты — человек. С твоими обонянием, зрением и слухом ты и не могла его заметить. Но я должен был! Когда уронил тебя, и ты закричала, был уверен, что сломал тебе рёбра... или ещё что-нибудь… Это непростительно! Наказывая меня, господин проявил милосердие, которого я не заслужил. И, думаю, это благодаря твоему заступничеству.

Он осторожно взял мои руки в свои, легко провёл большими пальцами по тыльной стороне моих ладоней.

— Вижу, ты на него злишься. Но твой гнев должен быть направлен на меня.

Я сильно смутилась. Покосилась на камаитати, пытавшегося добраться до спрятанных в узле птичьих яиц, снова посмотрела на Дэйки и невпопад проговорила:

— Ты назвал меня Аими… сан…

— Да, — улыбнулся он.

— Так… официально…

Оторвавшись от моих ладоней, его пальцы очень легко притронулись к моей щеке.

— Это потому, что я…

Шум падения чего-то тяжёлого заставил меня подскочить от неожиданности и выдернуть руки из ладони лиса.

— Ну напугал… — засмеялась я. — Уже подумала, на нас обрушиваются ветхие стены этого… замка!

Дэйки тихо вздохнул.

— Не такие уж они и ветхие. В некоторых комнатах даже ширмы сохранились. Крыша, — он поднял голову, — в превосходном состоянии.

Я поморщилась.