Ковен Ядовитых Жал

Он выглядит как гуль.

— Нет, — кричит Киссия во сне, поднимая руки в попытках спастись магией, но конечности не слушаются. Пар застилает все вокруг, окутывая их горячей дымкой.

Кад подходит ближе, его обезображенное лицо склоняется над ее шеей, и даже во сне ощущение чужого дыхания отзывается неконтролируемой дрожью ужаса.

Она чувствует прикосновение теплых губ к своей коже, когда колдун оставляет поцелуй на шее, а после — резкую боль.

Клыки вонзаются в ее тело, разорвав кожный покров и обнажив вены. Магия вместе с кровью медленно покидает ее тело.

Киссия пытается бороться, но все, что у нее получается — беспомощно мычать, отталкивая в бесполезных попытках жесткое тело.

С каждой секундой сопротивляться становится все тяжелее, веки смыкаются, а слабость тянет к влажной земле.

На стыке между сном и реальностью Киссия слышит искаженный, злобный и рычащий голос Када.

— Тоже я сделал с твоей сестрой. И с твоей подругой. Бойся меня.

Ведьма с криком просыпается, и этой ночью больше не смыкает глаз.

***

*Monƈŧrѧrэ ѷïѧm ïnѧnэ exŧendэns poсŧ mэu₼ ħoсtïƈ — «укажи путь пустоты, тянущийся вслед моему врагу»

Глава 13

Лишившись сна, Киссия лежит на кровати еще час в бесполезных попытках вернуться в царство Морфея.

Сердце стучит в горле, а дыхание не желает выровняться. Образ Када, так похожего на монстров из ее воспоминаний, душит страхом.

Это невозможно. Просто разыгравшееся воображение. Кад не гуль. Он колдун. Пусть и использующий Темную, неподконтрольную обычным ведьмам, магию.

Киссия слишком много времени уделила в этот вечер чтению книг о своих демонах, и в ее голове они смешались в одно существо.

Девушка села в кровати, примостившись спиной к прохладной стене. Шторы на окнах были задернуты, и сквозь неплотную ткань просвечивал круглый диск луны, точь в точь амулет, висящий на стене в прихожей. Она приложила руку к грудной клетке, в которой часто и громко билось сердце, и наткнулась на острые грани кольца, висящего на цепочке.

Ее дрожащие пальцы вытащили перстень под лунный свет.

Оникс чернел на ладони, не отражая белые лучи. Изумрудный венок слабо блестел в темноте.

Сон, как и прочитанные накануне книги, напомнил Киссии о том, что итак преследовало ведьму днем и ночью. Бывали минуты, когда она отвлекалась от тяготеющих мыслей, но с каждым разом их становилось все меньше.

Камелия и Лиара. Два опустошения на счету у антимагических монстров.

Обе их смерти были до нелепого невозможны.