Крампус - демон Рождества

Но вдруг, что-то словно поменялось в воздухе вокруг нее и ветер донес до слуха девушки странный, знакомый звук. Тот звук, которого здесь никак не могло быть — едва различимый перезвон сотни маленьких серебряных колокольчиков.

Кристина испуганно оттолкнулась от льда и, приподнявшись, огляделась. Тьма над озером стала гуще, ведь ее больше не рассеивал свет фар замершего на холме внедорожника. Однако у его подножья все еще дымилось то, что осталось от мотоцикла — значит прошло не так уж много времени.

Кристина замерла, увидев движение там, где его никак не могло быть.

И осторожно позвала, не веря своей робкой догадке:

— Детектив… Эй?

Голос девушки звучал неестественно хрипло и тихо. Ей было тяжело произносить слова, они словно до крови раздирали ее горло каждым звуком.

— Вы… вы там в порядке?

И не успела она договорить, как человек, распластавшийся на льду в неестественной позе вздрогнул. Кристина было обрадовалась, ощутив радость, теплым лучом скользнувшую меж ребер к замерзающему сердцу, как вдруг мужчина сел и медленно повернул голову вбок.

И в свете звезд она увидела, что у детектива Вобада нет половины головы.

Мир завертелся в этот миг перед глазами Кристины, теряя четкость, и девушка провалилась в небытие, словно в мягкую теплую постель.

***

— Берта…

Кристина глубоко и жадно втянула ртом воздух, и села на месте. Ей показалось, что прошло лишь мгновение, как если бы утро наступило, едва она коснулась головой подушки.

Ее окружал снег. Много снега вокруг. Но совсем не он привлек ее внимание, а небо.

Простиравшееся над ней от края до края горизонта, скрытого мохнатыми пиками елок, покрытых пушистыми снежными шапками, оно переливалось ярким разноцветьем сполохов.

— Северное Сияние? Как… здесь?

Было очень сложно поверить в реальность происходящего, ведь какое, черт возьми, Северное Сияние могло взяться в небе над далеко не самым северным городом земного шара? Так далеко от полярного круга это было просто невозможно… но в остальном все вокруг казалось Кристине таким настоящим.

Осязаемым.

И хрустящий снег под ее ногами, блестящий тысячами крохотных бриллиантов и морозный воздух, до румянца щипавший щеки.

Смутно припоминая что случилось с ней совсем недавно, Кристина недоверчиво потянулась к руке, чтобы ущипнуть себя, но замерла на месте, вновь услышав то, что ее разбудило.

Мелодичный перезвон маленьких серебряных колокольчиков и медовый мужской голос, нежно зовущий ее по имени… По чужому, но такому знакомому имени.

— Бе-ерта-а…

Нет.