В стране бескрылых

— Куды? Она только пришла, а я туточки с самой зорьки торчу!

Всадник, так и не покинувший седла, повернулся в сторону разгорающейся склоки, погладил рукоять плети и рявкнул резко, тоном человека, привыкшего к послушанию окружающих:

— Цыц, дуры!

Робкие испугались, наглые оторопели, и на миг даже повисла тишина, сквозь которую стал слышен шум с конного торга. Всадник кинул быстрый взгляд поверх голов и спросил у ближайшей тётки:

— Что у вас там?

— Торгують, — ответила та.

Всадник поморщился недовольно.

— Да нет же, я не про торг. Что за подворья? Кто хозяева?

Тётка задумалась, глупо моргая глазами, но стоявшая рядом юркая молодица с двумя вёдрами на коромысле тут же встряла из-за её плеча:

— То Задворный посад, а по простому — Задки**. А уж кто там хозявствует, думай сам, красавчик.

Вокруг засмеялись и зашушукались, с интересом ожидая, чем ответит пришлый молодец. Тот хитро улыбнулся, достал из кошеля медную монетку и, метко запустив ею молодке в ведро, заявил:

— А ну, подходи ближе! Какая будет отвечать складно и занятно, не с пустым ведром домой пойдет.

Чужака мигом обступили плотным кольцом.

— Спрашивай, коли не шутишь! — слышалось со всех сторон.

— Вон то что за домина с зелёными воротами?

— Старосты двор, торгового смотрителя.

— А чего ж у его хоромины теремок маловат, да и тот покосился?

— Дык каков большак, таковы и хоромы: тушу наел знатную, а судит-то криво!

— А вот там чейное подворье, с козьей башкой на воротах?

— Прокла Дерюжки, — бодро откликнулись из толпы.

— И много у этого хитреца коз?

— Да одна, та самая, что на воротах. Уж три круга, как издохла.

— А что за двор с колесом над калиткой?

— То Глузда Колёсника подворье. Он у нас мастер знатный: одно колесо починит, да два поломает.

— А на синих воротах что за драная кошка изображена?

— Да ты, сударь, никак, глазами слаб? То не кошка, а горностай! Так лекаря нашего кличут.

— И что, хороший лекарь-то?

— Да как тут враз обскажешь? Ума-то у него палата, да ключ, вишь, потерян.

— А звать вашего лекаря как?

— У него имя не нашинское, такое, что без полгуся*** не упомнишь.

— Как же его хозяйка обходится?

— А она у него сама тоже пришлая, и вообще, оборотница!

— Ведьма!

— И глазищи у ней бесстыжие, белозорые!..

Пока Благослав забавлялся злыми шуточками языкатых задворных тёток, Идрис терпеливо работал.