В стране бескрылых

То ли он рассердился на поднятый людьми шум, то ли наоборот решил поддержать песню…

Вскочив с постели, Краса ругнулась совсем не по-благородному, распахнула настежь окно и с криком: «Пшли вон!» запустила в темноту первым попавшимся под руки предметом. Это был её собственный сапог. Поймав его в полувершке от своего носа, Идрис весьма удивился.

Но тут на девичьем крыльце распахнулась дверь и во дворик вылетела Стина с метлой наперевес. Удирать от неё пришлось со всех ног. К счастью, Радим знал закоулки княжьего двора, как свои пять пальцев, к тому же дородность няньки мешала ей двигаться с должной прытью.

Так что истинным возмутителям спокойствия удалось-таки скрыться, а нагоняй от разъярённой Стины обрушился на головы старого Ельменя, стража, дежурившего в эту ночь при зверинце, и бедняги-ухокрыла, которые по понятным причинам сбежать не могли.

Уже в казарме, рассмотрев со всей тщательностью добычу Идриса, Радим удовлетворённо кивнул и вынес вердикт:

— Оценила.

А что, айда завтра к моей Забавке под окно петь?

Утро принесло совсем другие планы. Вполне протрезвев и уяснив себе, что творил в ночи, Радим не знал, куда глаза девать от стыда перед иноземным гостем, и напросился на службу в город. Сам же гость с рассветом был весьма немилосердно выдернут из постели сородичами и представлен грозным очам своего отца.

Едва за воинами, сопровождавшими Идриса, закрылась дверь, Адалет сделал то, на что у него давно уже чесалась рука: залепил своему отпрыску увесистую пощёчину.

После, хорошенько встряхнув за шиворот, он подтащил Идриса к себе и зло прошипел:

— Паршивец. Мало того, что ты пьёшь с чужаками всякую дикарскую дрянь, ты ещё и позоришь свой народ недостойным воина поведением.

Зная нрав отца, Идрис даже не пытался возражать. Очень скоро амир, остыв слегка, оттолкнул его от себя и энергично зашагал по горнице взад и вперёд, выговаривая при этом резко и тихо:

— Отныне будешь находиться при мне неотлучно.

Но пока — ступай к себе, готовься: тебе предстоит утренняя трапеза с невестой. И потрудись, чтобы всё прошло, как надо. Ты понял? Пошёл!

Идрис почтительно поклонился и с весьма задумчивым видом поплёлся назад, в казарму.

В это же самое время в девичьем тереме нянька ласково, но непреклонно выковыривала из постели полусонную Красу.

— О Маэль, ну почему так рано? — жалобно стонала та, пытаясь отпихнуть от себя мису с холодной водой для умывания.