Пелагея и принц осени

Она расправилась со вторым – и все, кто в этот момент находился в зале, невольно пустили слезу.

Она добросовестно спела третий – и сердце самого привередливого человека в целой Нимерии, директора Хаджимана, оттаяло до такой степени, что он вскочил со своего места и зааплодировал, как ненормальный.

– Браво! Просто браво! Где ж вы раньше были?

– В зале сейчас будто увлажнитель воздуха включили, – взял слово второй по значимости судья. – Вот такой у вас голос. Кажется, его можно слушать бесконечно.

– Берём? – оживился директор.

И жюри сплочённо кивнуло: ещё как берём.

– Вы прошли отбор, поздравляю, – сказал Хаджиман.

– Подождите, – смешалась Пелагея. – А как же Юлиана? Это ведь её песня.

– У неё, бесспорно, есть талант, но его недостаточно, чтобы пройти на следующий этап.

– Ничего не знаю, – заартачилась Пелагея и с вызовом переплела руки на груди. – Если вы не примете Юлиану, я буду вынуждена уйти.

– А мне нравится ваш напор, – рассмеялся директор. – Ладно уж, что скажете, господа присяжные? Дадим шанс им обеим?

– Раз госпожа Пелагея настаивает, – по-доброму улыбнулся второй по значимости член жюри, – то почему бы нет.

Глава 3. Страшное существо хейтер

Юлиана была, мягко говоря, в шоке. А если начистоту, то ей хотелось Пелагею придушить. Она понятия не имела, что у подруги такой вокал. У кого она брала уроки? Где практиковалась? Юлиана сгорала от любопытства и уже готовилась пристать к ней с расспросами, но Пелагея вдруг вздумала пойти на попятный.

Несмотря на столь неслыханную щедрость судейства, она решила поторговаться.

– Может, вы возьмёте только Юлиану, а я пойду?

– Что за ребячество! – воскликнул директор Хаджиман. – Вы красивы, самобытны, аутентичны. В вас виден огромный потенциал. Упустить такую возможность и не стать нашей трейни… Я не знаю, кем надо быть, чтобы совершить подобную глупость.

Но Пелагея продолжала мягко отпираться, чем ещё больше приводила комиссию в умиление, а Юлиану – в бешенство.

– У меня дома кот не кормлен.

«Не осилю» стало последним аргументом.

Конечно, можно было бы прикрыться мужем, мол, муж запрещает и все дела. Но кто он такой, этот муж, чтобы что-то там запрещать? Да и нехорошо на покладистого эльфа бочки катить. Узнает – обидится.

Организаторы обступили Пелагею с почтением, словно она уже состоявшаяся знаменитость, и продолжали её уговаривать.