Пелагея и принц осени

Улегшись на спину, она предпочла бездействие и принялась смотреть в потолок, где под открытым небом сквозь решётчатые листья пальм пробивалось солнце.

А Кю, Пелагея, парень с пеликаном и некрасивый комик затеяли нешуточную борьбу за надувные матрасы. Матрас-фламинго стал первым, из-за которого разыгралась драма. Пелагея, как безумная, забиралась на него снова и снова, а парень с пеликаном и комик стаскивали её в воду. Когда с ней то же самое проделал Кю, что-то пошло не так.

Её, уже побеждённую, сверженную, Кю непозволительно долго обнимал, имитируя борьбу, в которой не было необходимости.

И это порядком выбило Пелагею из колеи. Сердце застучало так, словно вот-вот рёбра проломит. Ну почему он не отступится? Почему?..

Насилу вырвавшись, она занялась одиночным плаваньем и убралась подальше от источника своей смуты. Когда же Кю сообразил, что хватил через край и что его, вообще-то, снимают, он с весёлым энтузиазмом набросился теперь уже на парня с пеликаном, чтобы тоже стащить его с матраса. Затем его нападению подверглись по очереди комик, мирно плывущая фотомодель и гости, которые вздумали оседлать матрас в виде пингвина.

Выдохшись, Кю завидел в дальнем конце аквапарка еду, и у него потекли слюнки. Чтобы до угощений добраться, вылезать из бассейна было необязательно.

– Пелагея, – позвал он, – поплыли поедим! Я уже без сил.

И та решила согласиться.

Они взобрались на какой-то невзрачный матрас бледно-лилового цвета и погребли в сторону дымящихся блюд.

– Похоже, тебе неприятно моё внимание, – пробормотал Кю.

Он сидел на матрасе позади Пелагеи, и она чётко слышала каждое его слово.

– Неприятно, да, – обиженно ответила она. – Я ведь уже говорила, у меня муж.

– Звучит как диагноз.

– А перестал бы ты острить ради разнообразия?

– Ты разбиваешь мне сердце.

– Сначала влюбятся на свою голову, – вздохнула Пелагея. – А потом начинают ныть: и сердце у них разбито, и смыслы потеряны… Да кто ж вас просил в эти дебри соваться!

– Ладно, ладно, – примирительно отозвался Кю и незаметно погладил её по плечу.

– Не ворчи. Я только хотел сказать тебе спасибо за то, что ты есть. Уже даже неважно, как далеко ты будешь от меня. Просто будь, хорошо?

Пелагея скривилась, словно от зубной боли, и испустила шумный продолжительный вздох. Ну вот что за наказание такое? По-плохому с коллегами нельзя, а если вежливо просить, то ведь не отвяжется, так и продолжит от неразделённой любви сохнуть и напиваться при всяком удобном случае. З-з-зелень сушёная.